«Я точно сплю. У меня те же способности, что и у Модесты», – решила Глориоза, не зная пока, радоваться этому или нет.
Последние метры коридора индианка прошла пешком. Выйдя на свет, она оказалась в зале, заполненном жрецами. Это был тот самый зал, в котором она и Модеста впервые увидели королеву горных драконов. Но теперь возвышение, где ранее восседала Диана, пустовало, и возле него стоял Сиолм. Жрецы, увидев Глориозу, склонились. В одном из углов огромного зала Глориоза заметила кучку испуганных рабынь, прятавшихся в тени. В общем, в поведении жителей этих пещер ничего не изменилось.
К Глориозе подошёл Сиолм, и она непроизвольно сильнее сжала рукоять меча. Это не ускользнуло от внимания главного жреца, но на его лице не появилось как прежде самодовольной, наглой улыбки. Сиолм был само олицетворение благоговения, почтения, покорности и страха. Он стоял, не поднимая глаз и склонив голову, как покорный раб, готовый умереть, если ему это прикажут.
– О, божество, мы приветствуем тебя, – с глубоким поклоном произнёс Сиолм. – Твоё слово – закон для нас. Если хочешь убить, тебе не надо браться за меч, достаточно одного твоего слова. Жизни всех здесь отныне принадлежат тебе, мы все будем покорно тебе служить.
Глориоза, не имея вуали, не смогла скрыть выражение отвращения и презрения к говорившему. Всё ещё не понимая, что происходит, она не знала, как себя вести и что ответить на слова Сиолма. В конце концов, если это глупый сон, то стоило ли вообще отвечать?
- Если ты желаешь уединиться, то для тебя уже приготовлены комнаты, – сказал Сиолм. – Рабыни покажут их тебе. А мы останемся тут и будем ждать, когда ты вернёшься и выразишь свою волю. Прими от нас эти дары.
Сиолм вновь поклонился и сделал шаг назад. К Глориозе приблизились две рабыни. Одна из них опоясала индианку роскошными поясом с ножнами, а другая покрыла её голову чёрной вуалью, расшитой золотом. Эти же рабыни повели Глориозу в отведённые для неё комнаты.
Вложив меч в ножны, которые идеально подошли по размеру, и, следуя молча за своими провожатыми, девушка пыталась собраться с мыслями. Уже достаточно придя в себя и всё больше убеждаясь, что происходящее вовсе не сон, Глориоза следовала туда, куда её вели. Она решила, что её выбрали божеством, а подруг отвели, наверное, в комнаты, чтобы они там ожидали её. Глориоза даже мысли не допускала, что они могли быть убиты, ведь Сиолму хорошо известно, как она ими дорожит. Конечно же, он не станет злить своё божество их смертями. Она так же вспомнила и о несчастной Диане. Вот её как раз очень даже могли убить.
Теперь это уже не казалось сновидением, хоть реальность представлялась какой-то бессмысленной и абсурдной. Апартаменты, предоставленные ей, состояли из двух десятков роскошно убранных комнат. Половина из них имели окна, которые находились под водопадом, и оттуда всегда были видны потоки воды. Но шум самого водопада сюда практически не доносился. В первой комнате Глориозу ждали десять девушек-рабынь, которые молча последовали за ней, когда она пошла в другие комнаты. Индианка пробежала по всем помещениям, зовя подруг, но не нашла ни одну из них. Дианы тоже нигде не было видно. Предчувствие беды камнем легло на душу. Отогнав подальше волнение и страх, девушка взяла себя в руки и решила обратиться за разъяснениями к прислужницам.
– Где те две девушки, что прибыли сюда со мной и где королева Диана? – спросила она.
– Королева горных драконов сейчас будет принесена в жертву, – ответила одна из девушек, не смея даже взглянуть на Глориозу.
– Этого ещё не доставало, – всплеснула руками индианка, и, не дождавшись ответа на первую часть вопроса, вновь спросила: – А где мои подруги?
Рабыни, потупив взгляд, молчали. Это начинало злить индианку, она встревожилась не на шутку.
– Где они? – не выдержав, закричала Глориоза.
Перепуганные её гневом, служанки бросились врассыпную, будто взгляд новой госпожи мог испепелить их. Однако, как ни быстро убегали рабыни, Глориоза проворно схватила одну из них. Молодая и менее сильная, чем индианка, девушка испуганно взвизгнула, когда руки божества сжали ткань на её плечах.