– И куда мы летим на этот раз? – поинтересовалась индианка, занимая своё место.
– На Эдистер, – ответила капитан.
Медея вошла в гостиную и взглянула на кузена, что стоял у огромного окна и смотрел во двор. Там, на лужайке, сверкая в последних лучах заката, несколько деревьев под лёгким ветерком устроили листопад. Золотистые и красные листья кружились и падали в траву и на мелкие белые хризантемы, что буйно цвели под окном. Осень вступила в свои права, но погода оставалась на удивление тёплой и не дождливой.
– Бенедикт, где папа? – спросила Медея.
– Он с моим отцом закрылся в кабинете, и теперь они погрузились в дебаты, – всё так же глядя в окно, ответил Бенедикт.
Медея неодобрительно покачала головой и вздохнула.
– Последнее ваше задание разбередило у всех раны, – нервничая, заметила молодая женщина.
Бенедикт резко повернулся к кузине и нахмурился. Он хотел что-то сказать, но в гостиную вошли Атрам и Рубен.
– Все в сборе, – как можно приветливее улыбнулась Медея, сделав вид, будто и не произносила до этого фразу, встревожившую кузена, – я принесу чай.
Она легко выскользнула из комнаты и мужчины остались одни. Обменявшись взглядами и, видимо молча придя к одному решению, они не спеша расселись на диванах вокруг низкого столика. Медея вернулась почти сразу, принеся чай и сладости.
– Вы завтра уезжаете или побудете ещё немного? – спросила Медея, разливая по чашкам ароматный чай.
– Нет, пора приступать к делам, – ответил Атрам. – Бенедикт уже пришёл в себя. Если что, отпуск продолжит дома.
– Со мной всё хорошо. Я готов к работе, – улыбнулся Бенедикт, но его голос не выдавал никаких эмоций, будто он сказал дежурную фразу.
Медея недоверчиво покачала головой. В её взгляде читались затаённая боль и нескрываемое переживание за брата. Она понимала, что ему довелось пережить.
– Не стоит так волноваться, – успокоил дочь Рубен, легко угадав, о чём она думает. – Бенедикт со всем справился на отлично. И главное – он выжил.
– Но если бы ему не помогли… – Медея осеклась, в горле у неё встал комок.
– Перестань. Не меряй всех по себе, племянница, – Атрам ободряюще улыбнулся ей. – Ты слишком впечатлительна, а потому мы и не хотели, чтобы ты работала в МКСА.
– Знаю, – без малейшей обиды кивнула молодая женщина, а после обвела взглядом мужчин и с надеждой спросила: – Но кто она такая? Вы узнали?
Мужчины слегка занервничали, отведя взгляды и прихлёбывая чай. Отвечать никому, видимо, не хотелось.
– Медея, оставь это. Ни к чему думать о том, чего не было, – нехотя проворчал, наконец, Рубен, не выдержав умоляющего взгляда дочери. – Я уже жалею, что Бенедикт не к месту разоткровенничался при тебе. О работе лучше дома не говорить.
– Но вы все сбиты с толку, вам это тоже кажется знакомым. Что-то такое уже происходило, – произнесла упрямо Медея.
– Знакомо – незнакомо, что тут гадать-то? – возразил безразличным голосом Бенедикт, не поднимая взгляда. – Не думаю, что это связано как-то с тем, след чего мы потеряли много лет назад.
– Вот именно, – поддержал племянника Рубен. – Вы провели операцию по обнаружению работорговцев и контрабандистов. Да, если бы не та женщина, Бенедикт бы вряд ли выжил или избежал плена и, возможно, рабства. Но вопрос в том, она ли послала из его катера сигнал о помощи патрульным? Все его коллеги оказались в руках работорговцев и не могли вызвать помощь. Он один сумел сбежать и только собаки его догнали. Безоружный и измотанный пленом, он не отбился бы от пятерых животных. Он мог только убегать. И кто сумел обезвредить тех людей, кто гнались за Бенедиктом и спустили на него собак? Они утверждали, что им дал отпор всего лишь один человек, тогда как их было шестеро. Сделала ли это спасительница Бенедикта – тоже вопрос. Но собаки оказались напуганы не шуточно, это точно.
– И вам это ничего не напоминает? – вновь спросила Медея.
Мужчины молчали, не желая говорить о том, что волновало её.
– Однажды тоже кто-то бежал вот так же от собак, и, возможно, тоже не имел шанса спастись без чьей-то помощи. Он тоже испытывал страх, – с болью продолжила молодая женщина. – Вот только тогда гнались не за кем-то из вас. И, насколько виновен или опасен был убегавший, вы тоже не знали. И кто помог мне выжить тогда, тоже неизвестно. Не исключено, что им мог оказаться тот, кого вы тогда преследовали. Другого никого рядом ведь не обнаружили. Не знаю, кто это был, но мне помог, иначе бы не стал препятствовать собакам.