– Добрый день! Мы узнали, что Лейла здесь, и решили прийти, – сказал Эн-Линавур.
– Мы не помешали? – спросила Антира.
– Нет, конечно, – Модеста жестом пригласила их подойти поближе. – Сегодня Лейла останется здесь немного дольше, чем в прошлый раз.
– Значит, мы сможем совершить прогулку? – спросил Юмели.
– Я не против этого, – ответила Лейла. – А куда мы отправимся?
– В лес, к озеру, где мы живём. Это не очень далеко отсюда, – с энтузиазмом предложил Юмели и, кажется, готов был уже сорваться с места, чтобы показать дорогу.
– Это для вас не далеко, а у нас на это уйдёт весь день, если будем идти пешком, – возразила Глориоза.
– Значит, не идём? – огорчилась Лейла.
– Мы поедем. Сейчас я приведу лошадей, – сказала Модеста и побежала к конюшням.
Она вернулась через четверть часа с осёдланными лошадьми. Животные недоверчиво косились на огненных людей, но седоков везти не отказались.
Неррийцы свернулись в шары и полетели к лесу. Лейла и экипаж «Миража» последовали за ними. Путь действительно оказался неблизкий, но прогулке радовались все. На Ниа-Нерри всегда практически сохранялась тёплая погода, и редко поднимался сильный ветер. Лейлу всё больше удивляла чистота леса: нигде не видно засохших деревьев и веток, увядшей травы и гниющих пней.
Глориоза, ехавшая впереди, едва удержалась в седле, когда её лошадь, резко остановившись, шарахнулась в сторону и встала на дыбы. Подъехавшая Модеста схватила коня подруги за узду, помогая успокоить животное. Все остановились, глядя по сторонам.
– Что случилось? – Лейла, следовавшая за Модестой, почувствовала тревогу.
Неррийцы, улетевшие вперёд, возвращались. Олдама, немного отставшая от остальных, тоже смотрела по сторонам, но не видела ничего опасного.
Глориоза, успокоив лошадь, ответила:
– Огненные шары. Я видела несколько в чаще леса. Один из них вылетел недалеко из кустов и напугал мою лошадь.
– Ну, это же неррийцы, – пожала плечами Олдама. – Их тут много, ведь озеро уже недалеко.
– Нет, это были не обычные неррийцы, – возразила Глориоза. – Во всяком случае, я до сих пор не видела таких крупных.
– Кто это мог быть? – задала вопрос Модеста неррийцам, молча слушавшим объяснение Глориозы.
Они не приближались к лошадям, зная, что те их побаиваются.
– Это, так сказать, дикий вид неррийцев, – пояснил Эн-Линавур.
– Дикий? В каком смысле? – не поняла Олдама. – Что-то раньше мы о таких не слышали.
– Эти достаточно малочисленны, и только видом напоминают нас, – сказал Юмели.
– Насколько я успела заметить, они в несколько раз крупнее вас, – ответила Глориоза. – Кто они такие?
– Это почти животные, у них ума мало, как и у свинтусов, и общаться с ними не получается. Они могут быть опасны, если их разозлить, но вообще они пугливы, и сторонятся нас. Просто не трогайте их и всё, – посоветовал Эн-Линавур, считавший, что волноваться тут не из-за чего.
– Впервые слышу о таких, – заметила Олдама. – Надо будет изучить их лучше. Вдруг пригодятся для чего-нибудь.
– Их можно приручить? – спросила Модеста.
– Я бы не советовал вам этого делать, – предупредил Юмели. – Они, конечно, не сильно агрессивны, но, если решат, что на них напали, то отпор дадут не шуточный.
– Едем дальше, у нас не так много времени, – Глориоза вновь пустила коня вскачь вслед за неррийцами.
Ещё издали Лейла увидела летавшие в небе огненные шары, а лес стал более редким, позволив рассмотреть сверкавшую гладь озера. У его берега собралось немало неррийцев всех цветов и оттенков, какие только могут существовать, кроме чёрного и белого.
Над водоёмом резвились молодые неррийцы. Самые маленькие из них летали и брызгали друг на друга водой, зачерпывая её ладошками из озера. Тот, в кого летели брызги, с весёлым визгом спешил превратиться в шарик и удрать, чтобы после самому окатить своего приятеля. Если капли всё же попадали на неррийцев, то тут же превращались в пар.