– Мы будем защищать тебя, насколько сможем, – пообещала Модеста, чувствуя ответственность за юную герцогиню.
Та выглядела настолько доверчивой и беззащитной, что даже скрывать от неё всю правду о себе экипаж «Миража» уже считал чуть ли не вероломством. Но и рассказать ей всё они ещё не могли осмелиться.
– Я сегодня же всем сообщу о своём решении лететь на Кему, – решила Лейла, и что-то вспомнив, добавила: – И я ещё хотела, чтобы вы приютили несколько семей. Это рабы, которые трудятся на рудниках, купленных недавно мною. Там ужасные условия, но я всё поменяю. Оставлю только опытных рабочих, которые будут следить за горнодобывающим оборудованием. Рабства у меня там не будет. Но продать этих несчастных или просто выгнать, тем более не могу. О них надо позаботиться. Пусть они потом сами решат, куда хотят отправиться жить. Может, им понравится на Ниа-Нерри, и они останутся там. Сейчас они не имеют ни малейшего представления, где им хотелось бы поселиться и чем вообще заниматься.
– Конечно, мы поможем, – заверила Олдама.
Герцогиня благодарно кивнула и заторопилась с уходом:
– Мне пора. Не хочу, чтобы Левмер бросился искать меня. Сделаю несколько мелких покупок на ярмарке для отвода глаз – и домой.
Попрощавшись, Лейла ушла. Экипаж «Миража» решил ещё ненадолго задержаться в уютном кафе. Девушки могли говорить, не скрывая своих лиц, так как посетителей больше не было, а обслуживающий персонал не появлялся в поле зрения.
– Теперь, когда Лейла ушла, мы можем поговорить о твоей новой способности, Модеста, – припомнила Глориоза подруге её недавние проделки.
– О какой способности? – не поняла Олдама.
– Она может бить, не касаясь человека, – ответила индианка. – Вот этим она тут нас с тобой и встретила.
– Это правда? – изобретательница повернулась к капитану, ожидая пояснений.
– Да, – не отрицала Модеста. – Некоторое время назад, я стала догадываться, что способна, так сказать, выбрасывать энергию. Случайно я скинула как-то Везувия с дивана, и поняла, что могу этим ударить. Вскоре научилась регулировать силу и направление удара. Но у меня мало практики.
– Ну почему ты всё испытываешь на мне и Олдаме? Мы понимаем, что ты не причинишь нам вреда, но почему бы не ставить опыты на неодушевлённых предметах? – спросила Глориоза.
– Это неинтересно, да и как я узнаю, что чувствует живое существо? Предметы ведь не разговаривают. Я пробовала тихонько толкать Везувия, но он не говорил мне ясно о своих ощущениях. Этот эгоист только визжал, потому что я удерживала его на месте, а ему хотелось бегать. Зато вы очень хорошо описали свои ощущения и впечатления, за что я вам безгранично благодарна. Я ни с кем не могу поделиться своими проблемами. Кроме вас, меня никто не поймёт. Вы не сердитесь?
– Нет, конечно, – ответила Олдама и добавила: – Мы же тоже изводим тебя как можем. Я – заставляя составлять и проверять новые формулы и испытывать изобретения, а Глориоза – бесконечными тренировками.
– Между нами не должно быть вражды, хоть мы и отличаемся друг от друга, – согласилась Глориоза. – У нас разные вкусы и занятия, но представляете, что было бы, если мы три не стали друзьями? Начнись между нами вражда, это кончилось бы плохо.
– Даже боюсь представить, – сказала Модеста, покачав головой.
– Ну, с Мстителем, мы бы быстро справились, – Глориоза сделала коварное выражение лица и с заговорщицким видом подмигнула Модесте.
– Да, и тогда бы остались вы один на один, – сказала Олдама, включившись в дискуссию. – Неизвестно, кто мог бы победить: дочь Воина или неуловимый Энерговампир.
– Думаю, в открытом бою у меня шансы были бы не велики, – призналась Модеста. – А в ином случае, Глориоза меня даже и не увидела бы.
– По отдельности мы бы до сих пор скрывались от людей, а так у нас есть чем заняться, объединив свои способности. Мы не имеем жажды власти, и думаю, это спасёт мир от нашей тирании, – посмеялась Олдама.
Модеста улыбнулась и, опустив на лицо вуаль, сказала:
– Вам бы всё шутить. А между тем мы должны готовиться к полёту на Кему в обществе Эдуарда Левмера и слуг, которые, не исключено, могли знать тринадцать лет назад нас во дворце герцога Амертсона. Бывшие сотрудницы МКСА не должны провалить это «задание».