Экипаж «Миража» минуту размышлял, думая о том, что могло понадобиться на Кеме этим господам из МКСА.
– Ты думаешь, их появление здесь как-то связано с нами? Они ищут нас? – Глориоза решилась облечь в слова само собой напрашивавшуюся мысль.
– Вот этого я не знаю, – вздохнула Модеста, перебирая пальцами концы длинных волос. – Вряд ли они могли узнать, что мы живы. Для этого у них вроде не должно быть никаких поводов.
– В любом случае надо быть осторожнее, – решила Олдама. – А ты, Лейла, приготовься к встрече с этими господами, ведь ты не знакома с ними.
– Нет, я их уже видела, – возразила герцогиня. – Они приезжали к нам на Эдистер и говорили с дедушкой о вас.
– А где ты, Модеста, была после захода солнца? – спросила изобретательница.
– Следила за Рубеном и Натаном. Сложно было скрываться не только от их глаз, но и вообще от людей, потому что рабыне не везде позволительно находиться. Они почти полночи провели в баре гостиницы и только недавно ушли в свои номера, а я поспешила сюда. Пришлось немного поплутать, я плохо знаю город и слегка заблудилась, – призналась Модеста. – Уже рассвет, может, мы часок поспим?
Никто не возражал против этого, все чувствовали усталость после бессонной и тревожной ночи и потому разошлись по своим комнатам, договорившись встретиться после завтрака в комнате Лейлы.
Модеста утаила от подруг, что пока она добиралась до дворца, на неё нападало немало животных, и только благодаря тому, что она Энерговампир, ей удалось вернуться живой и невредимой. Однако никакие волнения прошедших дня и ночи не помешали капитану «Миража» быстро уснуть.
Утром, когда Лейла шла к завтраку, её догнал Левмер. Хмурый и сосредоточенный вид вовсе не добавлял секретарю хладнокровия, было ясно, что он сильно встревожен. Поприветствовав герцогиню, он пошёл рядом с ней.
– Лейла, я хочу, чтобы ты мне объяснила кое-что, – негромко потребовал Эдуард, предварительно окинув взглядом длинный коридор и убедившись, что рядом нет любопытных свидетелей.
Девушка остановилась, удивлённо посмотрев на секретаря. Вид у него был недовольный, значит, она опять где-то допустила промах. «Знать бы, где и когда, чтобы не сболтнуть лишнего», – подумала герцогиня, при этом стараясь сохранять спокойствие и безмятежно улыбаться.
– Что я должна объяснить?
– То, почему ты решила вдруг ночью покинуть дворец. Я узнал об этом утром.
Лейла поняла, что тут вполне реально отделаться коротким ответом.
– Вообще-то, я не обязана тебе ничего объяснять …
– Но я должен следить за твоей безопасностью! – тут же заявил Левмер, со всей ответственностью не равнодушного человека. – Лейла, куда ты собиралась идти с двумя рабынями? Разве ты не знаешь, как ночью опасно в городе?
– Знаю, – с видом провинившегося ребёнка ответила герцогиня.
Спорить не имело смысла, Левмер был прав, и вообще, он ведь беспокоился о ней из самых лучших побуждений.
– Тогда зачем пошла? И даже мне ничего не сказала. Тебя могли убить звери!
– Увы, но меня даже во двор не выпустили, – с сожалением вздохнула Лейла.
– И правильно сделали! Итак, куда ты собралась идти ночью? Неужели есть какие-то дела, которые не могли подождать до утра?
Лейла упрямо молчала. Ну не могла же она сказать правду. Левмер не понял бы, почему она так беспокоится о какой-то рабыне. Да и никто не заметил, что одна из рабынь почти всю ночь отсутствовала. Модеста как ушла незаметно, так и вернулась.
– Сама бы ты на такое точно не решилась, я знаю, что ты не настолько безрассудна, чтобы игнорировать очевидную опасность, – продолжал докапываться до истины секретарь, поняв, что Лейла не хочет ему в этом помогать. – И ты не столь храбра, чтобы бесстрашно выйти на улицу к хищникам. Я знаю тебя с детства, ты достаточно пуглива.
– Я была вооружена, – несмело попробовала защищаться девушка.