– И что? Ты и оружием толком не владеешь! К категории искателей приключений тебя точно не отнесёшь.
«Ну, это как сказать…» – мысленно стушевалась Лейла, вспомнив свой визит в храм Армы. Она даже в самых смелых фантазиях не смогла бы предположить, чем окончится это её приключение. И, тем более, какое продолжение будет иметь.
– Молчишь? – негромкий голос Левмера прозвучал строго, прямо как у учителя, который спрашивает невыученный урок у своего ученика. – Я всё равно докопаюсь до истины. Не допущу, чтобы ты снова подвергала себя опасности, совсем не это я обещал твоим дедушке и бабушке.
И тут, как нарочно, в конце коридора появились Глориоза, Олдама и Модеста. Они что-то несли в корзинах на кухню и совершенно не опасались пройти мимо разгневанного Левмера. То, что он не обратит сейчас на них внимания, можно было даже и не мечтать. Лейла внутренне приготовилась защищаться сама и защищать своих подруг.
– А, это вы! – воскликнул порядком рассерженный Левмер, как будто узрел в них причину всех своих волнений.
Девушки остановились, услышав подобное приветствие, но не отвечали, потому что им не полагалось владеть универсальным языком. Они просто стояли и смотрели. Он не мог рассмотреть их лиц под плотными вуалями, но это не стало препятствием для его негодования.
– Как вы могли потакать своей хозяйке в подобных безумствах? Кто из вас трёх сопровождал герцогиню в её ночной прогулке? – допытывался Эдуард, напрочь позабыв, что они не понимают его.
Лейла очень надеялась, что подруги смолчат, помня, что универсальный язык им временно не известен. Если они ответят хоть слово, выкрутиться будет почти невозможно.
– Ты слишком переживаешь, успокойся, – попросила Лейла. – Они ни в чём не виноваты. Да и не понимают твоих слов.
– Не виноваты?! Как же, как же! Всех трёх продам! – пригрозил Левмер, сделав решительный жест в сторону рабынь. – Не хочу, чтобы тебя, Лейла, слопали звери!
– Ну, это уж слишком! – не выдержала Лейла и обиженно воскликнула, отстаивая свои права: – В конце концов, они мои рабыни! Мои!
– А я им не доверяю! – предупредил нисколько не смущённый секретарь, готовый на всё, чтобы обеспечить герцогине полную безопасность.
Поняв, что его не переубедить, Лейла примирительно сказала:
– Ладно, идём, а то опоздаем к завтраку. Сегодня будут гости, и я не хочу показаться невоспитанной, явившись с опозданием.
– Ты знаешь о господах из МКСА? – удивился Левмер и даже позабыл о стоявших рядом рабынях.
– Да, – не отрицала Лейла, хотя теперь поняла, что лучше было бы промолчать.
Но зато это отвлекло его от более щекотливой темы неудавшегося ночного похода. В конце концов, она могла узнать и от слуг о намеченном визите людей из МКСА.
– Но откуда? Я только сегодня утром узнал об этом и шёл сообщить тебе.
– А вместо этого отчитал меня, как непослушного ребёнка, – заметила девушка, изобразив обиженный вид, хоть уже и не сердилась.
Левмер добродушно улыбнулся и покачал головой, как бы говоря, что она так и осталась ребёнком, как бы не старалась вести самостоятельную жизнь. Они вместе направились в столовую. Экипаж «Миража» посмотрел им вслед, а после продолжил свой путь.
– Вот и от Левмера нам досталось, – сказала вполголоса Олдама.
– Да, не любит он нас, – вздохнула Глориоза. – Это, впрочем, и понятно. Эдуард доверяет лишь проверенным людям, а мы в их число сейчас не входим. После того, как погибли родители Лейлы, а затем умерли её дедушка и бабушка, она осталась совсем одна.
– Только Левмер о ней и заботится, – согласилась Модеста. – У Лейлы никого нет, кроме него и нас. Поэтому в следующий раз не надо доводить дело до того, чтобы они ссорились. Вы же знали, что со мной ничего не случится, и не стоило выходить из дворца. А если и захотели бы это сделать, так хоть бы без свидетелей, как я.
– Мы не знаем нрава здешних зверей, а вдруг они как раз очень любят завтракать такими, как ты, и твой дар их вовсе не смущает? – с иронией предположила Глориоза.
– И всё же в следующий раз обойдёмся без паники. Не хочу, чтобы Лейла обиделась на Левмера за его нотации и перестала ему доверять.
– По-моему, она давно привыкла к его выговорам и это не мешает им отлично ладить, – сделала вывод Олдама.