– Не в этом дело, времени было, в общем-то, достаточно. Ты просто не знаешь, почему мы не выполнили это задание, как этого никогда не узнает Рубен. Ты о многом даже не догадываешься. Скажи, ты раньше когда-нибудь слышала об этих людях? – спросила Модеста, невольно стараясь говорить тише.
Лейла вновь обвела взглядом подруг. Они вели себя так, будто больше прежнего боялись, что их могут подслушать.
– Да, я слышала о них от Рубена, когда он приезжал на Эдистер после того, как вас стали считать погибшими, – вспомнила Лейла. – Я стояла у двери гостиной и, прячась за портьерой, подслушивала о чём говорили с Рубеном мои дедушка и бабушка. Я тогда была ещё маленькой и стеснялась присоединиться к обществу взрослых, но хорошо помню их разговор, в котором упоминалось об этих людях.
– А что ты сама думаешь об этом? – спросила Глориоза.
Лейла помедлила с ответом, то ли перебирая свои детские воспоминания, то ли анализируя сегодняшние слова Рубена, а после сказала:
– У меня сложилось впечатление, что они очень сильны, каждый по-своему, разумеется. Журналисты охотились за ними и писали много чего негативного, но Рубен не считает, что всё это правда. Я уверена, что Воин не может причинить вред хорошим людям и всегда готов помочь, не ожидая славы, похвалы или даже благодарности. Мститель всегда отстаивал справедливость и наказывал лишь после предупреждения. Что касается Энерговампира, то я не знаю, плохой это человек или хороший. Господин Рубен считает, что это вообще не человек, а что-то непонятное и, следовательно, опасное. Но Энерговампир никому не причинил большого вреда, и никто его никогда не видел. Впрочем, у него могли быть разные причины для вампиризма, но я, наверно, никогда не привыкла бы к подобному человеку в своём окружении. При мысли о нём просто испытываю какой-то безотчётный страх, хоть лично мне ничего плохого с его стороны сделано не было. Но всё же я боюсь, – призналась герцогиня, и бросила невольно по сторонам настороженный взгляд, будто действительно могла обнаружить поблизости чудовище.
Левмер был прав – несмотря на титул, образование и довольно упрямый характер, Лейла всё ещё в душе оставалась ребёнком, способным пугаться страшных рассказов.
Бедная Модеста, как ей после такого заявления Лейлы, продолжить своё признание? Она бросила отчаянный взгляд на Глориозу и Олдаму, надеясь на их помощь.
«Лейла не простит нам молчания, мы не должны были ничего скрывать от неё. Теперь она будет бояться, а может даже ненавидеть меня. Что же делать?» – растерянно думала Модеста. Слова Лейлы болью отозвались в её душе, но ей не хотелось верить, что герцогиня, узнав правду, отвернётся от неё.
От Лейлы не ускользнул быстрый и тревожный взгляд Модесты, и она заволновалась, глядя на притихших подруг. Их смущение было не понятно для неё.
– Что это с вами? – спросила герцогиня.
– Как бы тебе это лучше объяснить… Мы не думали, что нам когда-нибудь понадобится рассказывать тебе об этом… И не предавали этому большого значения, а теперь… – Глориоза запнулась и не сумела найти подходящих слов для объяснения.
– Я знаю, что вы не нашли этих людей, но может, вы узнали что-нибудь такое, что пугает или тревожит вас? – предположила Лейла.
– Это не совсем так. Нас ничто не тревожит относительно этих людей. Они самые обыкновенные внешне люди, и не настолько сильны и неуловимы, как о них говорят, – ответила Олдама.
– Ого! Значит, вы их видели? Вам известно, кто они? – любопытство Лейлы возрастало в геометрической прогрессии, а страх, по-видимому, начал исчезать.
– Да, мы видели их, – подтвердила Модеста. – Нам известно о них всё.
Отрицать что-либо уже не имело смысла, раз пришло время всё рассказать.
– Почему же вы тогда скрыли это от господина Рубена? Почему в Агентстве считают, что вы провалили задание? – поинтересовалась герцогиня, в её словах послышалась зарождающаяся насторожённость.
– Так надо было, Лейла, – храбрости Модесты хватило лишь на туманный ответ.
– Надо было обманывать МКСА? Ради чего? Я не понимаю вас.
– Потому что ты ничего не знаешь ещё, – сказала Глориоза. – Тебе сейчас не понять, почему мы пожертвовали карьерой.
– Я действительно ничего не понимаю, – констатировала Лейла, – но охотно жду пояснений. Надеюсь, мне будут предоставлены таковые. Почему вы предпочли солгать господину Рубену? Вы точно видели этих людей? А где они живут?