Но я был твёрд, пострадать должен был только автор затеи. Что я не мог изменить, так это заставить их признать невиновным и отпустить отца. Он мой отец, и для него у спецов были другие мерки. Неважно, принимал ли он участие в происходившем, знал ли вообще об этом. Он воспитывал меня и содержал, поэтому если я попаду под «Возврат», то и отец должен его принять. Вопрос состоял лишь в том, лёгкую форму коктейля или тяжёлую. Лёгкая – в том случае, если он меня бросит, то он должен будет забыть о моем существовании, а тяжёлая – если пойдет со мной до конца. После тяжёлой - ему помогут вспомнить, что у него есть сын, и что его сын - это я, но он забудет несколько прожитых лет. Коктейль «Возврат к истокам» страшен последствиями. Можно утратить интеллект, можно утратить физические навыки, и не всегда их можно восстановить. А уж если пострадали мозги, пиши – пропало.
Но отец упорно твердил, что будет со мной до тех пор, пока жив. Я готов был биться головой об стену от отчаянья. Мне грозила полная промывка мозгов, и в том состоянии мне будет безразлично, останется со мной отец или нет. Он мог спастись, но упрямо не хотел.
Глава 23 -1-
Дневник Макса.
Планета Респектабельность. Космоград. Суббота, 12 апреля 2218 года по местному календарю.
Я прилетел на Респектабельность на час позже. Опоздал! Процедура состоялась по расписанию, и Дэна с отцом отправляли после нее на Землю ближайшим рейсом. Я стоял в зале космопорта и с ужасом смотрел на приближающуюся процессию. Дэн шёл, подволакивая ногу, пустой взгляд, неловкие движения. Отец Дэна шел нормально, но недоуменно осматривался вокруг, периодически открывал и закрывал рот, будто пытался сформулировать вопрос, но не мог. Их поддерживали с обеих сторон хмурые десантники. Никто даже не взглянул на меня. Проходя мимо Серж толкнул меня плечом, мой друг, мой солдат, мой подчиненный. Ноги мои и так подгибались от потрясения, я не удержался и плюхнулся на скамью. Только скамьи почему-то не было сзади, я так сосредоточенно уставился на Дэна, что не замечал своих передвижений. Скамейка оказалась чуть левее, а я, естественно, на полу. Не поднимаясь с пола и практически не заметив боли, я услышал шипение или шелест двух ближайших соратников.
- Сволочь.
- Скотина.
И мерное шарканье продолжилось. Сидя на земле, я не мог понять, чего хочу больше. Рвать на голове волосы, выть в голос или биться головой о каменный пол. Как я мог быть таким наивным, нельзя было никуда улетать. Самая главная спасательная миссия была у меня под носом, не на Земле – погоня за призрачными экологистами. Спасение Дэна должно было стать для меня главной задачей. Но мне скомандовали, и я встал по стойке смирно. Я военный, и отказ от миссии для меня невозможен, но я должен был подать рапорт и уйти в отставку. Ради Дэна. Пустая и бесплодная миссия, в которой я принял участие, наводила на мысль, что меня нарочно услали подальше. Кто-то хотел разделаться с Дэном или с его отцом. Я ведь догадывался, что не всё чисто с «Антиэко». Вспомнился генерал, которого я видел по галанету, он убийца моих родителей, его наградили, а должны были как минимум посадить. Но я не сделал ничего, хотя собирался раскрыть его подлые дела. Но не успел. Поэтому наш корпус перебросили на Респектабельность. Убрали подальше. Я всё проворонил!
Я провожал мальчика взглядом, не мог оторваться. Перед тем как пройти в терминал на посадку, в самый последний миг голова Дэна безвольно качнулась, и изо рта к полу протянулась тоненькая ниточка. Слюна. Капнула. Голова дернулась, и Дэн скрылся в дверях. Дэн исчез, не только из вида - из жизни. Он уже не владел ни телом, ни мозгом, ни жизнью.
Это означало одно. Измена. Организация, которой я посвятил жизнь, прогнила. И я обязан был во всем разобраться, и очистить ее доброе имя. Уничтожение личности талантливого, непоседливого и забавного Дэна под предлогом, что он предатель. Экологист. А он всего лишь гениальный парень, занимающийся полезным и интересным делом. Предательство. В наших рядах произошла какая-то ужасная замена цели, переоценка приоритетов. Наши идеалы преданы и проданы.
И тут физическая боль догнала меня. Она пронзила меня насквозь вдоль позвоночника от копчика до затылка. Создалось такое впечатление, что, когда я шлепнулся на пол, эмоции вылетели и обогнали все ощущения во времени, отодвинув в сторону и задержав остальное. Но теперь физическая боль настигла меня и вот-вот прикончит, соединившись с душевной мукой. Я остался без цели службы, лишился смысла своего дела, потерял ориентир в жизни. Утратил смысл существования…