– Где мы? – она продолжала спрашивать у юноши, не особо вслушиваясь в диалог мужчины и голоса сверху.
– Отсюда мы все выйдем другими, – ответил ей он. – Ваша свеча догорает, скоро ваша очередь.
Мужчина уже не говорил, его свеча погасла… Внезапно над ним загорелся луч света; мгновенно став водой, он пролился на него сияющим дождем. Казалось, что мужчина как будто распрямился, стал крепче и направился к выходу, которого до этого момента не было видно.
– За что тебя наказали? – снова спросил властный голос.
Воск горящей свечи начал обжигать пальцы, и она поняла, что пришло время говорить ей. И слова полились сами собой.
– За любовь… я недолюбила, я ее прятала, я старалась никому не причинять боли. Но меня наказали за эту любовь.
– Что ты помнишь из своей прошлой жизни?
– Я помню свет, тепло, помню радость встреч и поцелуи. Помню сумасшедшие свидания и много слез. А потом лишь боль и страх.
– Отчего страх?
– Я помню, как болело тело… Я помню, как поначалу стремилась к нему, но между нами вырастала стена. А потом я ломала свое тело; мою душу будто полосовали лезвиями, и так было много раз… а затем – ощущение, что меня больше нет…
Воск обжигал пальцы, вода капала, но луч света над ней не появился.
– Ты больше не будешь собой, и у тебя нет выбора. Тебе его не оставили, – сказал голос.
Тело покрылось испариной, которую она ощущала даже сквозь воду.
– Но ты не погибла. Обреченные любить не погибают от людской ненависти. Ты возродишься другой. Я хочу, чтобы ты жила среди людей, но оставалась с нами.
– С кем – с вами? Кто вы?
– Ты поймешь, – сказал голос, и из вспыхнувшего света выплеснулась ледяная вода, окатив ее с головы до ног.
И открылся выход.
Она пошла. Легко, спокойно, не оглядываясь.
Ледяные капли стекали по ее упругому телу, задерживаясь на груди, огибая красивые бедра и плавно затекая во все нежные складочки, которые образовывались при ходьбе. Она шла вперед, ощущая прилив сил и новой жизни, без желания оглянуться, не замечая наготу и темноту, чувствуя лишь, как два ярких пламени ее глаз освещают путь…
Было зябко. Тело еще не обсохло. Ледяные капли как будто замерзли на коже, напоминая кристаллы, и не хотели высыхать.
Она до сих пор не могла понять, где находится, что за исцеляющий обряд над ней совершили, не знала, что будет дальше, а главное – кто она теперь? Продолжая двигаться вперед, не желая останавливаться и оглядываться, она шла, пока не обнаружила себя на пороге какой-то незнакомой ей церкви. Холод становился жестче, и оставаться на улице уже было невозможно. Несмотря на наготу, она перешагнула церковный порог, решительно толкнув дверь.
Пространство вокруг было небольшим, с икон на нее смотрели лики святых, в намоленном воздухе ощущался густой аромат ладана.
Не думая ни секунды, она пошла к кресту Распятия Господня.
– Бабуля, любимая моя, я так скучаю по тебе… – произнесла она легким, едва слышным самой себе шепотом, вдруг ощутив незримое присутствие своей любимой бабушки…
Тут в церкви зажглись свечи, и она почувствовала, что ее обволакивает что-то легкое, невесомое и в то же время очень теплое и уютное. И действительно, большое мягкое покрывало легло на голову и окутало ее до пят.
– Бабуля, это ты? – девушка ощутила, что начала согреваться под этой бережно наброшенной на нее тканью.
В руках снова оказалась свеча, ее пламя подсвечивало распятие и завораживало взгляд. Огонь как будто отогрел душу, из глубин которой вдруг поднялись слезы – сначала покатились, потом полились ручьем… Они текли из самого сердца, застилая глаза и открывая перед ней один за другим слайды горьких воспоминаний. Она не знала, сколько времени простояла так, орошая пол перед канунным столом слезами, сколько выплакала она горя и тоски под воздействием незримого волшебства…
Свеча догорала и снова начала обжигать пальцы, как там, на озере. Ей стало понятно, что пора идти дальше.
Обойдя храм, ощущая, как слезы понемногу высыхают, и уже не имея больше сил прятаться от взглядов святых, она снова толкнула перед собой дверь и вышла на крыльцо.
Огонь свечи погас, но чувствовалось, что темнее не стало. Она подняла голову и увидела огромную полную луну в чуть светлеющем вокруг нее, но при этом еще совсем черном небе. Луна была приветлива и загадочна одновременно, она звала к себе, привлекая идеальной формой и оставаясь в ночи единственным источником света.
Спустившись с крыльца, получше укутавшись в подаренное любимой бабушкой покрывало, девушка не раздумывая пошла вперед, завороженная лунным светом, который освещал неизвестный, абсолютно новый путь в другую жизнь, путь к себе…