Брат положил ладонь на поясницу Эмили, не надавливая, не причиняя ни капли боли, но удерживая её на месте; другой рукой он прижал её ногу. Вторую ногу прижал Никас, а его пальцы, уверенные, чуткие, продолжали своё безумный танец у неё внутри. Двое сильных мужчин удерживали Эмили в удобном для них положении, но, как ни странно, она не чувствовала ни паники, ни страха, только дикое возбуждение и предвкушающую дрожь удовольствия, которое – она знала – совсем скоро обязательно наступит. Пальцы Никаса задвигались сильнее, жёстче, и это тоже было обалденно приятно. Эмили не выдержала и громко застонала.
- Кричи, солнышко, - прошептала ей Доминик, - Не надо сдерживаться – кричи.
Что-то тягучее и прохладное полилось ей на попку, стекая туда, где господствовали пальцы Никаса, приятно холодя разгорячённую и словно наэлектризованную чувствительную кожу.
- Дай ей кончить, Никас! – услышала она сквозь туман приближавшейся очередной волны оргазма.
- Уже! – Никас нажал на какую-то точку внутри, и мир перед глазами Эмили взорвался, она закричала, дрожа всем телом, но всё же почувствовала, как пальцы кого-то из братьев легко проникли ей в попку. Совсем не больно.
Доминик посмотрел на брата:
- Попробуем?
- Пошли в душ, - кивнул Никас.
Взяв разнеженную, расслабленную Эмили, Доминик поднял её на руки, и они вошли в открытый просторный душевой отсек, где на них полилась тёплая вода, не плотным потоком, а тонкими струйками, как бывает, когда стоишь под неожиданным недолгим летним дождём. Никас взял Эмили из рук брата и скрестил её ноги у себя за спиной, как тогда, в другом душе, когда она ещё была невинной. Заглянул ей в глаза – в них были безумие и отголоски сумасшедшего оргазма (потрясабельная смесь!) – и медленно вошёл в неё. Доминик, прижавшись к Эмили всем телом, очень осторожно, но решительно толкнулся сзади. Близнецы знали – она полностью расслаблена, а обильная смазка облегчит это первое для неё двойное проникновение. Эмили вздрогнула и застонала, когда Доминик начал медленно проникать в неё, но Никас, не отводивший взгляда от её лица, видел в нём только желание и удовольствие, которое снова начинало подчинять себе любимое хрупкое тело. Не боль, не отторжение, не неприятие, а предвкушение нового чувственного цунами. Доминик, безошибочно читавший всё это во взгляде брата, облегчённо выдохнул и ещё немного подался вперёд. Теперь они двигались внутри неё одновременно, медленными синхронными толчками. Когда Доминик полностью оказался внутри, Эмили прерывисто выдохнула и снова застонала.
- Всё хорошо, расслабься, - услышал он жаркий шёпот брата, - Вот умница…Сладкая малышка…Любимая…Наша…
Не прекращая плавных движений, Доминик скользнул ладонью к её самой чувствительной точке, к тому влажному и горячему месту, месту соединения Эмили и Никаса, скользнул по её припухшей плоти, надавливая мягко, но настойчиво. Наверное, для их девочки это стало последней каплей. Эмили вздрогнула, откинув голову ему на грудь, и закричала, вцепившись пальцами в плечи Никаса. Её оргазм, яркий, мощный, они оба ощутили всем телом, он бил сильнейшей пульсацией по каждой клеточке, каждому нервному окончанию. И это было так ошеломляюще-сладко, в голову словно молнией ударило, оба в один миг будто разлетелись на осколки. Доминик, не выдержав, кончил первым, осторожно вжимаясь в неё до упора, Никас – в следующую секунду. Вслед их ярчайшему удовольствию они услышали полный изумления всхлип Эмили.
Спустя минуту они уже погрузили её в джакузи рядом с бассейном, аккуратно поддерживая с двух сторон.
- Чёрт… - Никас, всё ещё тяжело дыша, погладил Эмили по мокрым спутанным волосам, - Девочка наша, маленькая… Тебе больно? Пожалуйста, не молчи!
Не открывая глаз, Эмили с улыбкой покачала головой.
- Солнышка, с тобой всё хорошо? – целуя её пальчики, спросил Доминик.
- Мне офигительно хорошо… - прошептала Эмили, - Мне нереально хорошо… Мне так много вас и это так правильно…
Доминик, донельзя счастливый, прижался губами к её ладошке. Никас, не найдя подходящих слов, просто наклонился и поцеловал её.
- Я хочу, чтобы вы связали меня, - сказала Эмили, всё ещё не открывая глаз.
Близнецы переглянулись, сначала недоверчиво, потом восторженно.
- Связали тебя? – спросил Доминик.