«Ну уж нет, девочка! – уверенно подумал Никас, - Думать и заботиться о тебе будем мы.»
- Всё, я отключаюсь, - внезапно прошептала Эмили, - Кто-то открывает дверь…
В следующую секунду экран погас, а надпись равнодушно сообщила, что пользователь «Эмили» больше не в сети. Никас, как обычно, не выключая ноутбук, поднялся с кресла, подошёл к кровати и, подпрыгнув, с размаху плюхнулся на спящего Доминика.
- Ты чего? – пробурчал брат сонным голосом.
- Доминик, Эмили согласилась встретиться! Через десять дней. Надо скоренько думать, как всё обставить так, чтобы не налажать.
1.5.
1.5.
Эмили быстро привыкла сначала к долгим перепискам, потом к разговорам, потом к видеочатам с Ником. И дело было даже не в её абсолютном одиночестве – она чувствовала, что ему действительно интересно с ней. Их общение могло длиться часами, они говорили на любые темы, обсуждали фильмы, книги, вспоминали детство, делились планами на будущее. Эмили знала, что Ник – архитектор, что у него четыре брата (вот бы ей такое богатство!), что он работает в компании, оставленной ему и братьям недавно умершим от тяжёлой болезни отцом. Он тоже знал о неё всё. Как она хочет поступить в университет и стать дизайнером интерьера, как всё ещё тоскует по родителям и как мечтает избавиться от чрезмерной опеки дяди. А ещё она хочет собаку (у дяди аллергия на шерсть), обязательно йорка, девочку, жить на «верхатуре» - в высотке, из окон которой открывался бы потрясающий вид на город, и плавать в бассейне. И всё это у неё будет, думала Эмилина, надо только чуть-чуть подождать. Она обязательно поступит учиться, переедет сначала в дом родителей, потом продаст его и купит квартиру в высотке, заведёт собаку. И начнётся совсем другая, новая, яркая жизнь. Она сможет завести друзей, ходить в бассейн, гулять с собакой в парке. Но всем её планам очень активно противился дядя. Начиная от поступления в университет, которое он настойчиво уговаривал перенести на следующий год, и заканчивая переездом. У Эмили (так звал её Ник) был только он, друг по интернету. Только с Ником она могла советоваться, только ему могла рассказывать, как она тяготится своей жизнью. Впервые увидев его на экране монитора, такого нереально красивого, с этим необыкновенным сочетанием чёрных волос и ярко-синих глаз, Эмили не могла поверить, что обыкновенная тихая вчерашняя выпускница школы, к тому же ведущая жизнь затворницы, сумела заинтересовать такого парня, взрослого, умного, с внешностью кинозвезды. Услышав сравнение с кинозвездой, Ник долго смеялся и рассказал ей, что необычное сочетание цвета глаз и волос унаследовал от матери, которую совсем не помнит, поэтому приходится верить тем, кто её знал, на слово, потому что после побега супруги отец уничтожил все её фотографии. Смущаясь, Эмили предположила, что его должны привлекать женщины постарше, поскольку он был лишён материнской заботы – именно так писалось в тех книгах по психологии, которые она читала с четырнадцати лет, отчасти для того, чтобы понять, какие последствия для её психики может иметь ранняя потеря родителей. Ник и тут засмеялся и заверил её, что побег матери и отсутствие её заботы в его характере странным образом трансформировались не в желание, чтобы о нём заботились, а в стремление заботиться о ком-то самому. Эмили чувствовала, что реально нравится ему, такому взрослому, красивому, который может легко получить любую девушку, какую только пожелает. И он ей нравился. Даже больше, чем нравился. Спустя некоторое время Эмили поняла, что безнадёжно влюбилась в него. В друга по интернету. В изображение на экране. И ничего хорошего из этого получиться не могло. Но на встречу она всё же согласилась. Ей очень нужен был друг, именно такой, как Ник – решительный, смелый и глубоко порядочный. Тем утром, когда дверь в её комнату тихонько отворилась, Эмили лежала в постели и делала вид, что крепко спит. В девять утра, когда горничная Даша принесла ей завтрак и таблетки, выяснилось, что у неё и правда температура. И в горле царапало. Даша сказала, что домработница Тамара Петровна сейчас же заварит ей липу с мёдом, и ушла, а Эмили снова подсела к компьютеру.
«Привет ещё раз! Я умудрилась заболеть.»
Ответ пришёл спустя минуту:
«Что-то серьёзное?
«Нет, обычная простуда. Температура, горло болит. Сейчас выпью липового отвара и улягусь в постель.»
«Попытайся поспать. Во сне такие вещи проходят быстрее.»