Спустя сорок минут, почти одновременно, доставили Петра и Эрнеста Евгеньевича – семейного врача Велесов, который наблюдал всех братьев с самого детства и занимался лечением их отца. Братья, не сумев усидеть в кабинете, ожидали прибывших на крыльце здания. На город уже опустилась ночь.
- Добрый вечер всем! – поприветствовал их Эрнест Евгеньевич, выходя из машины, - Что за спешка, дорогие мои? Пожар? Землетрясение?
Не смотря на поздний час, доктор, высокий поджарый седой мужчина, в классического покроя чёрных джинсах и сером джемпере, со своим неизменным кожаным чемоданчиком, был жизнерадостным и энергичным.
- Здравствуйте, Эрнест! – сказал Герман, - Срочно нужна ваша профессиональная помощь.
- Ну, конечно! – рассмеялся доктор, - А я уж было подумал, что вы пригласили меня помочь расчистить площадку под новый небоскрёб! Консультация в больнице?
- Нет, на дому. Сейчас заберём пациентку и поедем к нам на квартиру.
В этот момент к крыльцу здания подъехал ещё один «Джип», с заднего сиденья которого вылез высокий, довольно крупный старик.
- Пётр! – бросился к нему Никас. Доминик летел следом.
- Спасибо, что позвонили, - Никас пожал старику руку, - Я думаю, мы сумели вычислить район, где она находится. Это Орловка, верно?
Садовник кивнул, переводя ошарашенный взгляд с одного близнеца на другого.
- Да, нас двое, - нетерпеливо сказал Никас, - Это мой брат Доминик, вон там – Герман и Мартин. Сядете в нашу машину, будете показывать дорогу. Врач и охрана поедут следом.
Он повернулся к крыльцу:
- Герман, все на месте! Поехали скорее!
Они двинулись вперёд на трёх машинах: впереди братья и Пётр, следом врач с водителем, замыкал колонну «Джип» с охраной. В этот час дороги были полупустыми, объяснял дорогу садовник вполне толково, и уже через двадцать минут они подъехали к ветхому двухэтажному зданию, которое слабо освещалось фонарём, стоявшем на другой стороне дороги. В окнах второго этажа здания виднелись слабые всполохи огня – печи или камина. Все выгрузились из машин.
- Заброшенное здание детсада, - сказал садовник, - Так мальчик объяснил.
- Так, внутрь идём мы с Домиником, Пётр и доктор, - чтобы никого не напугать, - скомандовал Никас. Он уже полностью взял себя в руки и думал только об одном – побыстрее забрать оттуда Эмили, - Остальные ждут здесь.
- Возьми с собой кого-нибудь из охраны, - возразил Герман.
- Я буду вместо охраны! – решительно сказал Мартин, - Пошли.
Осторожно пробираясь сквозь траву и заросли кустарника, они двинулись вперёд. Никас первым поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Им открыл долговязый подросток лет тринадцати, перепуганный насмерть. Он с подозрением уставился на пятерых взрослых, стоявших на пороге.
- Где Эмили? – спросил Никас.
- Наверху, - мальчик указал рукой на лестницу и пошёл вперёд. Они двинулись следом. Эмили лежала на старом диване в дальней комнате, просторной, но слабо освещённой огнём от печи. Над ней склонился седой старик. Он протирал её лицо влажным полотенцем.
Обернулся к вошедшим:
- Проходите смело, она уже час без сознания.
Близнецы кинулись к дивану. Никас поднял Эмили на руки. Она почти ничего не весила. Кожа её была бледной, губы странного синеватого оттенка. Доминик отвёл с её лица спутанные пряди волос.
- Никас, положи девушку – я должен её осмотреть, решительно сказал доктор, ставя чемоданчик на кресло, - И отойдите все в сторону – мне нужен свет.
Близнецы нехотя подчинились. Стоя в стороне, все молча наблюдали за манипуляциями доктора, как он с бесстрастным выражением лица мерял давление, пульс, температуру, потом сделал несколько уколов в вену.
- Который из них Ник? – тихо спросил у Петра Филипыч, разглядывая застывших близнецов.
- А хрен их разберёт! – махнул рукой садовник, - Они ж, втою мать, одинаковые…
- Вы уверены, что к вам домой нужно везти, а не в клинику? – спросил доктор у близнецов, - по-хорошему, тут «Скорую» нужно…
- Что с ней? – спросил Доминик.
- Абстиненция, - ответил доктор, - Ломка. Но успели вовремя. Ещё пару часов – и кома.
- Мы уверены, Эрнест, - решительно сказал Никас, - Скажите, что из аппаратуры нужно доставить к нам домой, и всё сейчас же привезут.