- Стойку для капельницы, кардиограф, набор для первичной реанимации на всякий случай, - перечислили врач.
Никас выразительно посмотрел на Мартина.
- Понял, - сказал младший, - Всё будет.
И вышел из комнаты.
- Девочку можем забирать, - сказал доктор, вставая с дивана, - Всё необходимое я сделал, дорогу она выдержит.
- Пётр, вы поедете с нами, - сказал Доминик.
- Он останется здесь, вдруг выступил Филипыч, - Вас много – вы сами справитесь.
Немного подумав, Пётр кивнул:
- Да, останусь я, пожалуй. Только вы звоните нам – что и как.
- Ладно, - кивнул Доминик, положил на стол несколько крупных купюр, - Это на всё необходимое. Из здания никуда надолго не отлучайтесь. Завтра кто-нибудь из нас приедет, когда решим, куда вас перевезти. Эмили ищут – и это место в любой момент могут обнаружить.
Никас подошёл к дивану, бережно поднял Эмили на руки.
- Всё, мы поехали.
Приживая к себе хрупкое тело, он медленно спустился по скрипучей лестнице, затем с крыльца и, осторожно ступая, пошёл по заросшей травой дорожке к машинам. Доминик открыл заднюю дверцу «Джипа». Близнецы устроили Эмили у себя на коленях, голова её была на плече Никаса, ноги – на коленях Доминика. Сидевшие впереди Мартин и Герман внимательно наблюдали за ними в зеркальце заднего обзора.
- Как она? – спросил Герман.
- Эрнест сказал – успели вовремя, - ответил Никас, - Ещё бы немного – и кома. У неё ломка от лекарств, синдром отмены.
- Неудивительно, - хмыкнул Герман, - Её столько лет пичкали сильнейшими препаратами. Где садовник?
- Остался там, с мальчиком и стариком, - сообщил Доминик, - Завра надо решать, куда их перевезти.
- Мартин, что с аппаратурой? – спросил Никас.
- К нашему приезду будет на месте.
- Отлично! Чего стоишь – поехали!
Эмили зашевелилась.
- Стой! – негромко сказал Никас, - Герман – врача зови!
Старший брат выскочил из машины. Близнецы склонились над Эмили. Она порывисто вздохнула и открыла глаза, уставшие, затуманенные болью. Вгляделась в лицо Никаса и попыталась улыбнуться.
- Ник… - прошептала она, - Ты приехал… Ты меня нашёл…
- Конечно нашёл, маленькая, - Никас поцеловал её в висок, - Я с тобой. Всё будет хорошо.
Она слабо кивнула и снова отключилась. Задняя дверца машины распахнулась, заглянул врач:
- Что случилось?
- Она на минуту пришла в себя, - негромко сказал Доминик, - Ломка – это же очень больно, да? Ей больно? Можно что-нибудь сделать?
- Сейчас введу ей снотворное, - доктор пристроил свой чемоданчик на сиденье, - Освободите локтевой сгиб
Близнецы молча смотрела, как желтоватого цвета жидкостью медленно перетекает в вену.
- Всё, - врач зажал ваткой место укола, - часов восемь-девять она будет спать. А теперь поехали скорее!
По пустым ночным дорогам они быстро добрались до дома. Теперь уже Доминик нёс Эмили на руках. В холле у лифтов их встречали Деметрий и Инна Альбертовна.
- Всю аппаратуру уже доставили, - отчитался Деметрий.
- Комната убрана и проветрена, - отрапортовала домработница.
- Прежде, чем я займусь ею, девушку нужно искупать, суды по тому месту, откуда мы её забрали, - заметил доктор, - Инна Альбертовна?
- Не нужно – мы сами, - сказал Никас, направляясь по коридору следом за Домиником, который нёс Эмили, - Побудьте с братьями в гостиной, мы вас позовём.
И вот, наконец, они втроём оказались в спальне. В спальне, приготовленной специально для Эмили, где всё сделано по её вкусу, где всё куплено специально для неё. Мечта близнецов стала явью. Немного портили интерьер медицинские приборы, но это же всё временно. Доминик осторожно положил Эмили на кровать.
- Я наполню ванну, - сказал он, и вернулся через пару минут, - Скоро будет готово. Нам нужно её раздеть.
Они развернули пропахшее пылью клетчатое одеяло. У Доминика дрожали руки.
- Не могу поверить, что всё это правда, - прошептал он, - Что она здесь, с нами.
- Мы её нашли, - негромко отозвался Никас, - И теперь никуда не отпустим.