Осторожно, в четыре руки, они сняли с неё спортивный костюм, толстые шерстяные носки, белую майку – лифчиков она, похоже, не носила никогда – и маленькие белые трусики. От красоты её тонкого совершенного тело захватывало дух. Неужели всё сбылось?! Неужели им повезло и они получили это чудо, девушку. Любовь которой им ещё нужно было заслужить.
Никас аккуратно поднял Эмили на руки и, пройдя в ванную, медленно опустил её в воду, придерживая голову над поверхностью. Эмили даже не пошевелилось – видимо, снотворное, которое уколол ей доктор в машине, было очень сильным.
- Кто будет мыть? – спросил Никас.
- Давай вместе, - предложил Доминик.
Они тщательно, сантиметр за сантиметром, вымыли её тело, волосы, всё высушили, смазали кожу увлажняющий лосьоном, и всё это в состоянии невообразимого, невозможного чувственного кайфа.
- Какие у неё маленькие ножки! Пальцы просто кукольные.
- Смотри – родинка на бедре…
Наконец, надев на Эмили пижамку - шорты и майку, уложив в чистую прохладную постель, близнецы позвали врача.
Эрнест Евгеньевич вошёл, с любопытством оглядел комнату, постель и лежащую в ней девушку, о одобрением осмотрел стоящую тут же аппаратуру, и, наконец, испытующе уставился на самих близнецов.
- Дорогие мои, я пока не спрашиваю, какого чёрта здесь происходит, - наконец сказал он, - У меня есть дела поважнее. Но позже я задам вам много вопросов, будьте уверены.
- Мы на них ответим, - глядя доктору в глаза, сказал Никас.
- На теле нет никаких повреждений? – спросил врач, - Синяки, ссадины, царапины?
- Нет, ничего, - покачал головой Доминик.
- Хорошо. А теперь идите в столовую и поужинайте с братьями. Когда я закончу здесь всё- приду.
Близнецы кивнули и вышли из спальни. Когда они вошли в столовую, Герман, Деметрий и Мартин вопросительно уставились на них.
- Ну, теперь-то вы успокоились, наконец? – спросил Герман, - С девочкой всё в порядке?
Близнецы уселись за обильно накрытый стол.
- Что касается её безопасности – да, - кивнул Доминик, - А на счёт состояния здоровья – это доктор нам скажет.
- Нам стоит обсудить сложившуюся ситуацию, - заметил Деметрий, - Например, что мы будем делать с двумя стариками и мальчишкой? Ведь Корн, пусть и не так быстро, как мы, может пойти тем же путём и найти их.
- Я предлагаю пока перевезти их в загородный дом отца, - сказал Герман, - Там тихо. Поживут в домике для прислуги, сад в порядок приведут. А потом решим.
- Отличная идея! – одобрил Деметрий, - Мартин, займёшься этим с утра?
- Да без проблем, - кивнул младший.
- Наверное, стоит утром позвонить в агентство по подбору персонала и попросить прислать сиделку для Эмили, - предложил Герман.
- Нет! – в один голос рыкнули близнецы.
- Мы сами будем за ней ухаживать, - заявил Никас.
- А работать пока можем из дома – принесём ноуты в её комнату, - добавил Доминик.
- Парни, как бы вам это покорректней объяснить… - Герман замялся, - это будет не очень психологически удобно для молодой девушки. Когда рядом вместо сиделки – двое мужиков. Ей нужно будет мыться, ходить в туалет, есть. Возможно, от сильной слабости она самостоятельно ничего этого сделать не сможет…
- Помоем, покормим, в туалет на руках носить будем, - решительно сказал Доминик, - Но никакая левая тётка к ней не приблизится.
- Бля, да она даже не знает, что вас двое! – хмыкнул Мартин, - Её дедушка Кондратий хватит от ваших одинаковых рож!
- Мы справимся, - сказал Никас.
- В любом случае мы должны будем сообщить Корну, что нашли Эмили, - вздохнул Герман, - Рано или поздно – но придётся это сделать.
- Конечно, сообщим, - усмехнулся Никас, - Через месяц и четыре дня, когда ей исполнится восемнадцать.
- Ты свихнулся?! – возмутился Деметрий, - Она несовершеннолетняя, а он – её опекун! Эмили находится здесь незаконно.
- Да. И именно поэтому никто не узнает, что она здесь, пока она не станет совершеннолетней, - спокойно сказал Никас.
- Тут я с ним согласен, - выступил на стороне близнецов Мартин, - Отдать девчонку Корнам – и фиг знает, что они с ней сделают, пока в своём праве.
- К тому же мы так и не узнали, что за всем этим стоит, - заметил Доминик, - Почему из неё сделали сумасшедшую и держали взаперти. Денежный мотив тут не проходит, но причина-то была! Разве никто не хочет понять, что происходит?