- Хорошо, - кивнул Никас, - А что с Эмили? Всё плохо?
- Скажем так – нехорошо. Анализы крови переделывали трижды – я всё не мог поверить в результаты. Такой коктейль из препаратов, который в неё вливали, могли давать только особо буйным психическим больным. Понятия не имею, кто мог выписывать всё это девочке, да, в депрессии, да, с нервным расстройством, но психически абсолютно нормальной. Ясное дело – всё решают деньги. Но зачем? Уму непостижимо! Впрочем, причинами этого будете заниматься вы вместе с братьями, а не я. Моё дело – медицина. Эмили принимала эти препараты почти пять лет, будучи подростком. Помимо искорёженной психики, возможны осложнения на сердце. Организм очень ослаблен. Дней через пять, когда полностью снимем абстиненцию – привезёте её в клинику. Нужно обследование, а потом я назначу лечение. Сейчас скажу вот что – как хотите, но как минимум пару недель большую часть времени она должна проводить в постели и отдыхать. Исключения – прогулки. Абсолютный покой. Любой, малейший стресс для неё – это пять шагов назад в лечении.
- Мы поняли вас, - кивнул Никас, - Мы всё обеспечим.
- Не сомневаюсь, - усмехнулся доктор, - Скажите – неужели она не боится того, что вас двое?
- Нет, - улыбнулся Доминик, - Безумно смущается, но не боится.
- Смелая девочка! Интересно – почему она не испугалась?
- Мы её любим, - просто сказал Никас, - И она это чувствует.
- Да, не думал, что у вас всё так просто получится, - доктор поднялся, - Поеду я, пожалуй. Наконец-то посплю в своей постели. Вы как – справитесь?
- Справимся, - сказал Доминик.
Когда за доктором закрылась дверь, близнецы посмотрели друг на друга и шёпотом заорали:
- ЙЕС!!
И ударили по рукам.
- Мы её не напугали – я до сих пор удивляюсь, - сказал Доминик.
- Но ты же понимаешь, что это только начало, - Никас нервно заходил по комнате, от двери к окну, - Дальше – как по минному полю, осторожно и продуманно.
- Зато какое начало! – улыбнулся Доминик, - Я-то думал, что тяжёлая истерика – это минимум из того, на что мы можем рассчитывать. Ты был так уверен в том, что она примет нас обоих, а я всё время сомневался. И ты был прав!
- Если не налажаем – всё будет просто супер, - кивнул Никас, - Всё, пошли к Эмили. Если она сегодня спокойно уснёт с нами в одной постели – это будет ещё одна большая удача.
Когда они вернулись в комнату, Эмили пыталась дотянуться до тумбочки, на которой стояли коробочки с соком.
- Осторожно, солнышко! – Доминик в секунду подлетел к ней, возвращая Эмили в прежнее положение.
- Я хотела пить…
Никас с другой стороны уже подносил трубочку к её губам, одновременно проверяя, в порядке ли катетер:
- Прости, малышка, мы немного задержались.
- Доктор сказал вам что-то неприятное? – спросила Эмили.
- Нет, что ты, - улыбнулся Доминик, - Мы говорили о том, что через некоторое время, когда тебе станет получше, придётся съездить к нему в клинику и пройти обследование.
- Он такой… внимательный, - осторожно сказала Эмили, - Те врачи, которым меня показывал дядя, были другими.
Близнецы в секунду насторожились.
- Что ты имеешь в виду? – спросил Доминик.
Эмили молчала, глядя в потолок.
- Малышка, - ласково обратился к ней Никас (вот уж и правда – минное поле!), - Нам ты можешь рассказать всё на свете. Пожалуйста, не молчи. Вспомни, какими откровенными мы были там, в сети. Ты знаешь всю историю нашей семьи, наши привычки, желания, видела фото наших братьев. Ты даже в курсе, где мы похоронили нашу собаку…
- Всё, кроме того, что вы… в двойном объёме! – рассмеялась вдруг Эмили.
Это было так неожиданно, что близнецы застыли на секунду, а потом безудержно расхохотались. Эмили тоже. Как же им было по кайфу слышать её смех!
- Ты устала? – осторожно касаясь светлых прядей, спросил Доминик.
- Немного, - призналась Эмили, - Но я пока ещё не хочу снотворное…
- Тише, - успокоил её Никас, - Никто не будет делать то, чего ты не хочешь. Мы сейчас просто ляжем, приглушим свет и поговорим. Когда почувствуешь, что совсем устала – просто скажи.