Он легко поднялся с кровати:
- Доминик, я первый в душ!
И скрылся в ванной.
- Вы будете спать здесь? – тихо спросила Эмили.
Доминик понял, что сейчас она испугалась по-настоящему. Нужно было срочно спасать положение, но как? Терпеливо объяснять, шутить? Он решил поступить проще.
- Конечно, солнышко, - непринуждённо улыбнулся ей, - Как и прошлой ночью. Ты мёрзла во сне, и мы согревали тебя своим теплом. А ещё мы по очереди держали твою руку, чтобы ты случайно не повредила капельницу. Иначе доктор поутру нам бы головы оторвал.
Он увидел, как расслабилось её лицо и понял, что поступил правильно. Знала бы Эмили, как они гладили её обнажённое тело, млея от восторга… И какая это была пытка! Правда, сейчас всё изменилось. Она будет чувствовать их. А они уже не смогут дотрагиваться до неё так интимно.
- Второй пошёл! – донёсся из ванной голос Никаса.
Эта была их давняя, ещё детская шутка.
- Моя очередь, - Доминик подмигнул Эмили и направился в ванную, где застал Никаса стоящим перед зеркалом в одних боксёрах и ожесточённо вытирающим волосы.
- Ты спятил?! – зашипел он на брата, - Ты вот так собираешься выйти? Она в обморок грохнется!
- Да, так, - спокойно сказал Никас, вешая полотенце на сушилку, - Эмили не сможет к нам привыкнуть, если мы будем ложиться к ней в постель в скафандрах. Всё будет хорошо.
Когда он под неодобрительные взгляды брата вышел из ванной, Эмили судорожно вздохнула и отвела глаза. Она не испугалась – в её взгляде, брошенном на него, был скорее интерес, любопытство. Никас медленно подошёл к кровати, осторожно откинул одеяло и лёг рядом, совсем близко. Взял её за руку:
- Я холодный?
Эмили повернула голову и смущённо на него посмотрела:
- Немного. Прохладный душ?
Он кивнул. Какой прохладный?! Ледяной! Что угодно, только бы успокоиться при мысли о том, что он будет всю ночь лежать рядом с ней, почти обнажённой, не имея возможности… Пока совсем никакой возможности. И ещё не скоро они с Домиником будут засыпать, зажимая её, изнеженную и измученную, между своими сильными горячими телами.
Эмили неожиданно протянула руку и коснулась его волос, стала осторожно перебирать пальчиками влажные пряди. Никас замер, боясь спугнуть её.
- У тебя шикарные волосы! – наконец сказала она.
- А у меня? – улыбаясь, просил выходящий из ванной Доминик.
Никас с удовлетворением отметил, что брат к нему прислушался и тоже вышел в одних боксёрах. И хотя Эмили также отвела глаза от его почти обнажённого тела, она не сжалась в испуге. Просто была слишком невинной, чтобы в открытую разглядывать мужчину. Доминик скользнул под одеяло.
- И у тебя, конечно! – рассмеялась Эмили, - Надо же – раньше я говорила комплименты одному, а теперь приходится раздавать их в двойном размере.
Теперь смеялись уже втроём, а когда успокоились – увидели стоявших в дверях Германа, Деметрия и Мартина. Близнецы грохнули снова – уж очень выразительно-ошарашенные у них были лица. Эмили уже не смеялась, но и не испугалась. Близнецы машинально отметили этот факт и порадовались – значит, она чувствовала себя по-настоящему защищённой.
- Добрый вечер! – первым, как и полагается старшему, отмер Герман.
- Мы стучали, правда, - дипломатично заметил Деметрий.
- Но вы ржали на весь дом и явно не слышали, - съехидничал, как обычно, несдержанный на язык Мартин, - Мы вам не помешали?
Герман метнул на него уничтожающий взгляд.
- Помешали! – фыркнул Доминик, - Но раз уж явились – не выгонять же вас…
- Извините, что не приветствуем вас стоя, - рассмеялся Никас, - Но Эмили пока нельзя вставать, а видеть нас в трусах вам вряд ли доставит удовольствие.
- Ни фига далеко у вас всё зашло! – хмыкнул Мартин.
- Я полагаю – обмен любезностями закончен? – прервал это безобразие Деметрий, смущённый не меньше, чем Эмили.
- Закончен, - согласился Никас, - Эмили, познакомься – это…
- Я знаю, - улыбнулась Эмили, - Герман – самый старший. Деметрий – самый умный. И Мартин – самый весёлый. Я помню по фото. Привет.