Выбрать главу

- Ничего себе! – удивился Герман, - Выходит, мы были заочно представлены. Здравствуй.

- Привет, Эм! – подмигнул Мартин, - Ну, как тебе акция – два по цене одного?

Герман и Деметрий в ужасе закатили глаза.

- Не знаю. Ещё не распробовала, - в тон ему ответила Эмили.

- Когда распробуешь – не сблюй на ковёр. Он новый, - предупредил Мартин.

- Постараюсь.

А близнецы просто балдели – их застенчивая девочка, ещё недавно запуганная и такая робкая, общалась так непринуждённо и легко! Это было потрясающе! Значит, они нашли верный тон, повели себя правильно, и у них есть все шансы помочь ей окончательно оттаять, задышать полной грудью и… полюбить сразу двоих.

- Так, а теперь серьёзно, - поднял руку Герман, - У вас всё в порядке? Мне сказали, что доктор уехал ночевать к себе. Вы справитесь?

- Эрнест Евгеньевич оставил нам все лекарства и подробные инструкции, - отчитался Доминик, - Мы справимся.

- Может быть, Эмили сейчас стоит побольше отдыхать, а не полуночничать? – заметил Деметрий.

- В течении часа закончится капельница и мы будем засыпать, - заверил его Никас.

- Вот и хорошо, - кивнул Герман, увлекая Мартина и Деметрия к выходу, - Спокойной вам ночи!

Когда дверь за ними закрылась, близнецы переглянулись и снова рассмеялись. Эмили чуть поёрзала между ними, устраиваясь поудобнее, и тотчас услышала с двух сторон:

- Тебе не холодно?

- Тебе не жарко?

- Ваши братья чем-то недовольны? – спросила Эмили, - Или мне показалось?

- Что ты, малышка! – улыбнулся Никас, осторожно просовывая руку ей под голову, - Они были недовольны раньше, когда узнали, что мы общаемся с тобой вдвоём.

- Вернее, недовольны были Герман и Деметрий, - Доминик также осторожно положил правую руку Эмили себе на грудь, - А Мартин в основном обзывался. Может, ты хочешь о чём-то спросить нас, солнышко?

Судя по всему, Эмили не насторожили их более близкие прикосновения, чего близнецы всерьёз опасались.

- Даже сложно так сразу сообразить, - она улыбнулась, - Мы ведь о стольком говорили в сети…Вы знаете об мне больше, чем кто-либо. И я о вас, похоже, также много знаю.

- Больше, чем любой из наших братьев, - кивнул Доминик.

- Единственный вопрос, который меня больше всего волнует – почему я? – спросила Эмили.

И близнецы, чувствуя, будто ныряют в омут с головой, рассказали ей всё с самого начала, опустив только самые пикантные подробности, которые могли её смутить. Когда они закончили, Эмили долго молчала.

- Ты злишься на нас? – наконец решился спросить Никас.

Эмили покачала головой:

- Нет, что вы! Как я могу злиться? Никто и никогда не делал для меня столько, сколько вы уже сделали. Я просто думаю – что будет дальше?

- Просто позволь нам быть рядом, - сказал Никас.

- Дай нам шанс, - попросил Доминик, - А дальше – будет дальше…

2.9.

2.9.

Близнецы проснулись рано, хотя поспать им удалось всего пару часов. Ночью они долго говорили, потом, когда Эмили устала, укололи ей снотворное и она почти мгновенно уснула. А они, ожидая, пока закончится капельница, по привычке обсуждали и анализировали всё, что случилось за день. День, по их мнению, получился не просто удачным – потрясающим. Но вот наступила ночь, Эмили доверчиво спала между ними, не представляя, какие мысли их мучают и какие разрывают чувства. Во сне она перевернулась на живот, одна её рука лежала на груди Доминика, другая – на бедре Никаса, что вовсе не прибавляло им безмятежности и спокойствия.

- Бля! – Доминик осторожно забрался рукой под майку Эмили, провёл ладонью по спинке вдоль позвоночника, - Я скоро точно взорвусь! Может, нам отлучиться, пока она спит? Позвонить кому-нибудь, чисто снять напряжение?

- Ты так сможешь – на одной механике? – спросил Никас, поглаживая худенькое плечико Эмили, - Я не хочу никого, кроме неё. У меня от её близости крыша едет!

- Ну, допустим, у меня она тоже давно уже в пути, - усмехнулся Доминик, - А делать-то что? Сколько мы ещё так продержимся? В конце концов, не обязательно трахаться…

- Ты имеешь в виду быстрый минет, прямо в машине? – хмыкнул Никас, - Это можно. Чтобы с катушек не слететь. Вот утром медсестру дождёмся, и у нас будет несколько часов на удовлетворение своих низменных инстинктов.