- А почему Герман сказал никому про неё не говорить? – не унималась Ната.
- Не велено – молчи, - резко ответила Инночка, - Не твоего ума дело! Таких хозяев и такие условия поискать ещё надо! В следующий раз сходи в прачечную вместо Нины, посиди в очереди, да послушай, о чём другие работницы рассказывают – сразу всё поймёшь.
Никас подумал, что надо обязательно попросить Инночку приструнить Нату, ведь Эмили не всегда будет слабой – ей станет лучше, и она сможет выходить из комнаты, а тут на кухне такие страсти кипят. Он сделал ровно три шага и остановился в дверях кухни:
- Доброе утро, девушки!
Все втроём встрепенулись и поздоровались.
- Инна Альбертовна, телячью отбивную, побольше, со свежими овощами – огурцы, помидоры и никакого сладкого перца.
- Сейчас приготовлю. – улыбнулась Инночка, - Уже хочет кушать? Это хорошо.
- Нина, - повернулся Никас к девушке, - сбегай в кондитерскую, которая в соседнем доме, и купи по одной штучке всех пирожных со свежими фруктами. Только быстро.
- Конечно!
- А ещё большой чайник лимонного чая нам на троих, Инна Альбертовна, - сказал Никас.
- Хорошо, - кивнула домработница, - Через двадцать минут я всё подам.
- Скоро приедет медсестра, - вспомнил Никас, - Если Эмили ещё будет завтракать – усадите её в столовой и предложите кофе, пусть подождёт.
- Хорошо, Никас, я всё сделаю, - Инна подошла поближе, заглянула ему в глаза, улыбнулась, - Рада видеть тебя и Доминика такими счастливыми.
- Что – так заметно? – удивился Никас.
- Ещё как!..
Когда он остановился у приоткрытой двери ванной, Эмили и Доминик негромко разговаривали.
- Мы обязательно отведём тебя на крышу, - сказал брат, - Даже отнесём, если ты ещё не сможешь ходить. Но позже, не сейчас. Твой организм очень ослаблен и может подцепить любую простуду, так доктор сказал. А там сильный ветер.
- Зато можно лежать и смотреть на звёзды, - непринуждённо включился в разговор Никас, входя в ванную, - Как-нибудь обязательно это устроим. Нужно помыться, малышка, завтрак скоро будет.
Они осторожно мыли её и, стараясь побороть её стыд, увлечённо рассказывали, в каком красивом месте за городом теперь живут садовник Пётр, Филипыч и Митя. Потом вытирали её большой махровой простыней, переодевали в новую пижамку (таких пижамок в шкафу было штук двадцать – они не смогли решить, что красивее, и скупили весь ассортимент магазина), расчёсывали волосы. Когда Инночка принесла завтрак, они по очереди кормили Эмили, поддерживали чашку с чаем и целовали перепачканные ягодным соком и взбитыми сливками пальчики.
3.0.
3.0.
- Здравствуйте! Меня зовут Анжелика.
Они уже позавтракали, включили какой-то канал про животных – Эмили иногда бросала взгляд на огромный экран и видела то готовящегося к прыжку гепарда, то крадущегося тигра. Близнецы, лёжа у неё в ногах, делали ей массаж ступней, абсолютно синхронно и очень приятно. Эмили украдкой разглядывала их красивые лица и всё ещё не могла поверить, что это происходит с ней на самом деле. Вчера, лёжа между ними, она просто плыла на волнах какой-то незнакомой её чувственности. Ей хотелось, чтобы её трогали. Оба. Это было так неправильно, так стыдно, но так волнительно. Погружаясь в сон, Эмили была уверена – утром она очнётся в своей комнате в доме дяди, одинокая и непонимающая, как жить дальше и зачем вообще жить. Но проснулась она от хрипловатого «Привет, малышка!», и жить сразу же захотелось. А потом была ванна… Эмили поначалу пришла в ужас, когда поняла – сейчас её разденут. Совсем. И не спрятаться под спасительное одеяло. Но близнецы как-то легко всё это проделали, непринуждённо, и главное – не пошло. Эмили прислушалась к себе и поняла: ей всё это нравится! Их прикосновения, взгляды, слова. Даже просто смотреть на них ей было приятно. Она очень быстро стала их различать. Улыбка Доминика, его взгляд, прикосновения были немного сдержанными, мягкими, Никаса – более дерзкими. Задумываясь, Доминик наклонял голову чуть вправо, Никас – влево. Эти наблюдения увлекли Эмили. Её влюблённость в Ника – друга по интернету, картинку на мониторе, в реальности будто бы раздвоилась, потому что Эмили просто не могла представить близнецов поодиночке. И кого-то одного из них – рядом с собой.