- Супер! – услышал он шёпот Никаса.
Доминик осторожно вышел из неё и увидел на постели пятна крови. Много.
- Как Эмили? – спросил он.
- Отключилась ненадолго.
- Никас, здесь кровь!
- Она была девственницей, - улыбнулся Никас, - Что тебя удивляет?
- А вдруг мы что-то там… повредили?
Никас усмехнулся:
- Всё равно придётся сейчас звонить доктору и каяться. Уколем ей снотворное, он приедет и осмотрит её.
- Он нас прибьёт!
- А то! Возьми Эмили, я в душ и заодно наполню ванну. Нам нужно помыть её.
Доминик опустился на постель и прижал к себе Эмили.
- Я быстро, - сказал Никас, вставая, - И на мне тоже кровь.
Когда он скрылся в ванной, Эмили пошевелилась:
- Доминик?
Она уже различала их даже с закрытыми глазами.
- С возвращением, солнышко.
- Я что, отключилась?
- Совсем ненадолго, - улыбнулся Доминик, - Как ты себя чувствуешь?
- Прекрасно! – выдохнула она, - Такая лёгкость во всём теле. Я как будто в невесомости… Только слабость сильная.
- Это наша вина. Мы слишком сильно хотели тебя.
- Я тоже очень вас хотела, - Доминик почувствовал, что она улыбается, - А где Никас?
- Наполняет ванну. Мы сейчас тебя помоем.
- Жаль… - вздохнула она, - Мне нравится, когда на моей коже ваш запах.
- Солнышко, теперь он будет на тебе всегда.
- Всё готово, - сказал Никас, входя в комнату, - Ты как, малышка?
- Всё хорошо, - улыбнулась Эмили.
Никас подошёл к постели и осторожно поднял её на руки:
- У тебя нигде не болит?
Эмили покачала головой, но тут её взгляд переместился на постель, всю в пятнах крови. В её глазах вспыхнула паника.
- Не волнуйся, малышка, ничего страшного, - ласково сказал Никас, неся Эмили в ванную, - Ты в первый раз занималась любовью, мы лишили тебя девственности, так что кровь – это нормально. Сейчас тебя нужно помыть, особенно внутри, там кровь тоже есть.
Он аккуратно опустил её в воду:
- Раздвинь ножки. Не волнуйся, я осторожно.
К счастью, Эмили уже не смущалась. Да и какое смущение могло быть после того, чем они только что занимались?
В ванную вошёл Доминик.
- Я попросил, чтобы сменили постель, - сказал он, открывая дверцу душевой кабины, - Вы справитесь?
- Вполне, - улыбнулся Никас, осторожно смывая с Эмили следы крови.
Когда они втроём вернулись в комнату, постель уже поменяли.
- Можно, мы не будем надевать тебе пижамку, малышка? – спросил Никас, устраивая Эмили поудобнее, - Нам будет приятно обнимать тебя голенькую.
- Можно, - улыбнулась Эмили, - Кажется, теперь в этом нет смысла.
Близнецы рассмеялись. Они ещё не могли до конца поверить, что всё действительно произошло, что Эмили принадлежит им целиком – и её душа, и её тело. Подумать об этом можно было и позже, когда мысли перестанут скакать, как угорелые, а тела осознают, что насытились, пусть и совсем ненадолго.
- А сейчас – снотворное, солнышко, - сказал Доминик, аккуратно снимая фиксирующую повязку с катетера, - тебе нужно отдохнуть.
- Мы не поговорим? – спросила Эмили.
- Ты любишь нас, мы любим тебя. Ты отдалась нам и всё было прекрасно, - улыбнулся Никас, - Об остальном мы поговорим завтра.
Он взял с тумбочки шприц, снял иглу и аккуратно ввёл его содержимое в катетер.
- Спокойной ночи, - прошептала Эмили.
Через пару минут она уже крепко спала.
- Ты доктору звонил? – спросил Никас.
- Да, пока вы были в ванной. Он уже едет.
- Рассказал ему, что произошло?
- Ещё чего?! – фыркнул Доминик, - Вдвоём будем отдуваться!
- Я не думал, что это случится так скоро, - прошептал Никас, - Что она сама попросит… И что это будет так – даже слов нет, чтобы описать!
- Это было охренительно! – нашёл слово Доминик, - Я никогда так остро не чувствовал. Ну, мы же справились, да? Ей было хорошо. Она так кричала…