- Тебе что, плохо живётся здесь? – спросил дядя.
- Я здесь, как в тюрьме, - кивнула Эмилина, - Школа на дому, доктор дважды в неделю, и прогулки в саду. Вот и всё, чем я живу. Вы все считаете, что это нормально – так жить в семнадцать лет?
Она внимательно оглядела их лица и поняла, что они считают именно так. Ну и ладно!
- Эми, - откашлявшись, начал дядя, - Ты должна понимать, что все меры безопасности были приняты из-за твоего слабого здоровья после того, что случилось.
- Понимаю, - она мягко улыбнулась, - Но прошло достаточно времени. Хватит врачей и таблеток. А моё здоровье окончательно придёт в норму в доме, где я выросла. Спасибо за ужин, я пойду к себе.
Она встала из-за стола, бесшумно поднялась по лестнице на второй этаж, и они услышали, как мягко щёлкнула, закрываясь, дверь её комнаты.
Владимир Рудольфович обвёл взглядом сыновей и спросил:
- И что нам теперь делать?..
1.3.
1.3.
Близнецы ввалились в кабинет Германа в пятницу в четыре часа пополудни, запыхавшиеся, как будто за ними гнались все черти во главе с Сатаной, но довольные. Герман в этот день занимался тем, что читал целые простыни аналитических справок о состоянии дел компании «Мегаполис», придя к окончательному выводу, что либо никаких махинаций и сомнительных сделок попросту нет, либо они спрятаны так профессионально, что, если копать – так уж до метро. Приход близнецов оказался как нельзя кстати. Герман с облегчением отодвинул от себя горы распечаток.
- Ну, что у вас на сей раз стряслось? Какое шило в жопе? – спросил он, когда братья устало рухнули в глубокие кресла.
- Всё, Герман – всю информацию, что было возможно добыть, мы добыли, - прикрыл глаза Никас.
- Пивка бы сейчас, холодненького… - простонал Доминик.
Герман вздохнул и поднял трубку местного телефона:
- Маша!
- Да, Герман Александрович? – послышалось из трубки.
- Организуй нам три бутылочки пива «Холстейн», только холодненького и поскорее.
- Я мигом, Герман Александрович!
- Пять бутылочек! – проорал Никас, не открывая глаз.
- Лучше семь! – присоединился Доминик, пока старший брат не успел повесить трубку.
- Ладно, парочка начинающих алкоголиков, - усмехнулся Герман, - Сейчас будет вам пиво. В обмен на информацию. Что нарыли?
- Задействовали все возможные источники информации, приближённые к нашему Главному Объекту, то есть к девочке, - начал Никас, - К Эмилине.
- Сначала хотели потрясти домработницу, - признался Доминик, - Такие дамочки всегда и везде суют свой нос. Снарядили к ней Лёхиного папашу, как ближайшего по возрасту, но вышел облом. То ли она так предана этому семейству, то ли просто держится за хлебное место – в общем, номер не прошёл.
- Тогда Лёхин папаша занялся психотерапевтом, я – садовником, а сам Лёха – горничной, той, что помоложе и поглупее, - продолжил Никас, - В общем, расклад такой. Доктор наблюдает Эмилину чуть больше четырёх лет. Никакого жуткого диагноза там нет – невроз и бессонница, что вполне понятно, учитывая обстоятельства гибели её родителей. Девчушка замкнутая, нелюдимая, неохотно идёт на контакт. Антидепрессанты принимает по три курса в год, успокоительные и снотворные – постоянно, только препараты меняются. Единственное, что беспокоит доктора – она ни с кем не общается, у неё нет друзей. Учителя приезжают на дом, из дома она выезжает только два раза в неделю – к нему на приём. Короче доктору это не нравится, но похоже, дядю и кузенов всё устраивает.
Послышался стук в дверь, и в кабинет вплыла секретарша Маша в микро-мини платье, обтягивающим её, как целлофан сосиску, и в босоножках на заоблачных шпильках. В руках у неё был поднос, на котором возвышались семь запотевших баночек пива, вазочка с орешками и три бокала. Поставив всё это на стол, она обворожительно улыбнулась близнецам и плавной походкой от бедра выплыла из кабинета.
- Оперативно! – одобрительно хмыкнул Доминик, вскрывая одну из банок и делая жадный глоток, (бокалы он проигнорировал) и продолжил, - Потом на арену выступил Лёха. Он случайно познакомился с горничной Корнов Дашей, в парке, в её законный выходной. Слово за слово, пригласил её в крутое кафе, угостил коктейлями и пирожными. Итак, что мы имеем. Девуля не местная, из какого-то Мухосранска. Работала горничной в пансионате, потом подалась в город, прошла собеседование в агентстве по найму домашнего персонала и так оказалась у Корнов. Это было три года назад. Эмилину ненавидит люто, считает, что девчонка бесится с жиру, в доме с неё все сдувают пылинки. Уверена, что у девчонки не все дома, поэтому её никуда не выпускают без сопровождения, и весь дом просто увешан камерами слежения, кроме спален и ванных комнат. Мол, родня боится, что натворит что-нибудь на людях полоумная родственница, мало всем не покажется. Сам Корн для неё «шикарный мужик», а сынки его «милые парни». Со слов той же Даши, девочка почти всё время проводит в своей комнате, читает, рисует, сидит за компьютером. Больше всего времени проводит в интернете, где на одном сайте переписывается с…