Известный журналист оказался полным добродушным мужчиной средних лет. Сразу дал студентам задание – провести «социальный эксперимент». На задание отправились по двое, Вера и Оля пошли вместе. Одна должна была плакать посреди улицы, другая, стоя в стороне, наблюдать и записывать реакцию прохожих. Оля предложила Вере попробовать себя в качестве жертвы обстоятельств. Сама же встала в стороне с блокнотом в руках, приготовилась фиксировать реакцию прохожих.
Вере задание не понравилось, у нее никогда не было особой склонности к представлениям. «Не в театральном же учусь!» Но – что делать! – закрыла лицо руками, подергала плечами, пытаясь изобразить рыдания. Никто не подходил к ней с вопросами. Вдруг она почувствовала, как ее крепко обняли, отняла руки от лица:
– Артур?
– Что с тобой? – спросил он с беспокойством. – Кто-то обидел?
И как объяснять, что она просто притворяется? Что задание такое?
– Нет, что-то в глаз попало, – нейтрально ответила Вера. Почему-то не хотелось признаваться, что притворщица.
– Пойдем, провожу. Ты домой?
– Нет, я... у нас сейчас занятие. Выездное. Вон моя однокурсница, – махнула Вера в сторону Оли.
Та напряженно смотрела на них. Артур вежливо кивнул Оле, еще раз переспросил, точно ли все в порядке, и пошел дальше.
Оля подошла – красивый парень важнее задания.
– Кто этот красавчик? Лицо что-то знакомое. Актер?
– Нет, тоже студент. Мой знакомый.
– И где же ты с ним познакомилась? Вот так приехала в Москву – и сразу за тобой красавчик бегает, роняя тапки, – с непонятной злостью говорила Оля.
«Чего она бесится? Наверное, какая-то грустная любовная история, – подумала Вера. – Артур вовсе не бегает за мной. Вот кто реально бегал, почти "роняя тапки", так это тот парень с огромным псом. Вот бы она на них посмотрела!»
– Наши родители когда-то дружили, – уклончиво объяснила Вера.
– Понятно, – кивнула Оля. Вроде успокоилась.
– Давай лучше ты попробуй поплакать, – предложила Вера.
Оля встала на пути у прохожих, изображая плач. Все проходили мимо, видимо, не желая влипать в неприятности. Или не замечали? Подошла одна женщина, не обращая внимания на расстроенный вид Оли, потребовала показать ей дорогу.
* * *
Через неделю на паре обсуждали результаты эксперимента, делали выводы. Основной вывод, конечно, что люди черствые, не подходят к попавшему в беду человеку.
«Может, потому и не подходят, что опасаются розыгрыша, скрытой камеры или вот, как у нас, социального эксперимента?». Вере было неловко от всей этой затеи.
Но преподаватель посоветовал забыть про стеснительность, напомнив, что журналист ради интересного материала должен быть готов на все.
– Я готова на все! – громко и выразительно заявила красотка Яна.
«А я? – подумала Вера. – Нет...» Неужели это профнепригодность? Готова «лезть в пекло», как говорила Наташа, ехать в горячие точки, на место преступления, на свалки, на стройки. Но притворяться, втираться в доверие, обманывать и влезать в чужие постели... Нет!
«Профнепригодность», – стучало у нее в голове. Вера даже прослушала, что объявили следующее задание: взять интервью. Очнулась, когда стали называть имена и определять интервьюеров.
Певец, художник, музыкант, врач... Вера вдруг четко поняла: для того, чтобы писать на какую-то тему, надо в ней хорошо разбираться. Она сто раз слышала об этом и вроде бы знала. Но как-то не так. А теперь поняла сама. Как ей писать о музыке, живописи или медицине, в которых плохо разбирается?
Снова застучало: «Профнепригодность».
Она так и не вызвалась сама. Всех предложенных певцов и музыкантов студенты быстренько разобрали, врача тоже пристроили. Остался руководитель компании Денис Туманов. Взять у него интервью поручили Вере и Оле.
Оля узнала номер телефона компании, позвонила:
– Здравствуйте, мы журналисты, нам поручили взять интервью у Туманова... Ольга Хвостова и Вера Калинина.
Включила громкую связь, чтобы и Вере было слышно. Женский голос ответил, что их компания работает только с проверенными журналистами, а про всяких Хвостовых они ничего не слышали.