Макс смотрел на Черного Ангела сверкающими от злости глазами полными решимости расплатиться за смерть любимой женщины и не давая себе шанс передумать с дикой яростью бросился на Черного Ангела, мысленно жалея, что не прихватил с собой меча из рыцарского зала.
Макс использовал каждый удар рук и ног, стараясь пробиться сквозь мощный плащ из крыльев Черного Ангела, которые тот выставил вперёд себя, словно непробиваемый щит. Его движения были быстрыми, удары болезненными, но противник стоял не шелохнувшись, с улыбкой наблюдая за тщетными усилиями Макса. Несмотря на препятствие в виде брони из крыльев, человек не сдавался. Он снова и снова нападал на противника, находя в себе новые запасы силы и выносливости. Его решимость была столь велика, что даже Чёрный Ангел начал испытывать уважение к этому непримиримому противнику.
Видя отчаяние и чувствуя усталость Макса, Черный Ангел чуть раскрыл крылья и Макс в победном крике сорвал две цепочки висящие на груди противника. Он схватил их в обе руки и бросился было опять в бой, но цепочки под огненным взглядом Черного Ангела превратились в две огромные извивающиеся змеи, которые в один миг сплелись вокруг Макса, образуя кокон из живых тел. Две змеиные головы с раскрытой пастью, в которых виднелись раздвоенные языки, были направлены на голову Макса с двух сторон.
Черный Ангел сложил крылья за спиной, внимательно посмотрел на уставшего, но не сломленного Макса и зааплодировал ему. Макс с ненавистью посмотрел на противника и с отчаянием закрыл глаза, готовясь к ужасной смерти.
-Ты удивил меня еще раз. Неужели ты и вправду думал одолеть меня? Прости, но это невозможно для человека. Хотя нужно отдать тебе должное, ты решителен и смел. Я ещё ни разу не встречал такой бессмысленный напор, - он посмотрел на змей и их головы, готовые сделать смертельные укусы исчезли, но кокон из тел змей остался.
- Я освободил бы тебя, Макс, но ты же опять ринешься в бой. Можешь не отводить глаза, твоя душа открыта предо мной.
Знаешь, я пожалуй вернусь к привычному тебе образу Экскурсовода, чтобы буря и гнев в твоей душе поостыли.
Черный Ангел передернул плечами, закрыв глаза повернулся вокруг себя и перед Максом возник таинственный Экскурсовод без крыльев, в черном костюме и с нормальными темно карими глазами. Теперь его запястья опять украшали браслеты, увидя которые Макс дернулся, пытаясь выбраться из своего кокона.
-Я услышал твои обвинения насчет убийств в особняке, что ж возможно и я бы на твоём месте подумал бы, что их совершил я, но ты ошибся, Макс. В этих стенах живет кое кто более могущественней, чем я, который и придумал весь этот маскарад. Я лишь скромный исполнитель его желаний, - Экскурсовод сел на свое кресло, потрогав браслеты, которые засияли алым цветом. В это же мгновение кокон Макса переместился к камину, встав сбоку от кресла хозяина.
-Ты не представляешь, каких трудов мне стоило привести тебя в этот особняк. С твоей помощью мы одолеем зло, которое отравляет нам всем жизнь. Но прежде, чем рассказать тебе о колдуне, я хочу объясниться и рассказать тебе свою историю о том, как я сам оказался здесь,- Экскурсовод замолчал и задумался, глядя на огонь.
- Если ты хочешь разжалобить меня, то уверяю тебя, не получится. Если ты думаешь что переодевшись в симпатичный костюмчик и сменив цвет глаз, вышибешь у меня слезу, то ошибаешься. Я теперь знаю кто ты есть на самом деле. Никаких устроителей экскурсии нет. Все это твоих рук дело, - зло выкрикнул Макс и сплюнул на пол.
- Что ж ты прав. Это я собрал всех вас в этом месте, но по разным причинам, о которых тебе знать пока не нужно. Я расскажу тебе о том, как я стал таким и почему. Жизнь слишком печальная штука, может это будет тебе уроком, - спокойно сказал Экскурсовод и начал свой рассказ.
-Помнишь ли ты мой рассказ, что случилось с возлюбленной графа Алексея К., о том как ее отравили прямо перед алтарем….
***
Я так ждал этого момента и был так счастлив. Поправ все законы, наплевав на родню, я смог добиться разрешение на женитьбу. Лучше не спрашивай сколько мне это стоило. Моё хорошее отношение к работникам окупалось в тройне, поэтому я не думал о деньгах. Для меня было главным, чтобы Мария была со мной. Ты не представляешь какой она была. Красотой затмевала солнце. От нее исходила божья благодать. Выйдет бывало утром натюрморт рисовать, тут же бабочки кружиться начнут, крылышками машут и на Марию садятся, иной раз облепят так, что и фигуры не видно, а она смеётся и шепчет им что-то, глаз невозможно было не оторвать от картины такой. А у меня внутри все обрывается, ревновать начинаю и к бабочкам, и к самой природе, я же хромой был. Ногу поврежденную подволакивал, а как на Марию посмотрю забывал про все и про возраст свой, про себя, так хорошо на душе становилось. Никогда в жизни так не было хорошо и спокойно. А уж когда ко мне она подойдёт, сердце в пятки прыгало. Она глазами меня ласкала, а у меня аж под ложечкой скребло, от радости. Чуть все дела не забросил, но хотелось, чтоб после свадьбы достаток в доме был, весь мир хотел ей показать, чтоб она его потом нарисовала. Любил ли я ее? Нет, боготворил, как богиню, как воздух, без которого нет жизни.