— Глянь-ка, командир, а второй-то с-сыкло.
Семен бросил взгляд в окна, и ничего не заметив, посмотрел на монитор радара. А вот и второй. Ну, да. Не герой. Улепетывает во все лопатки, отвернув круто в сторону. На такой скорости радиус разворота у него закачаешься. Но никаких сомнений, курс он держит на свою станцию. Н-да. И колбасит экипаж сейчас перегрузками не по детски.
Вот и лети, милай. Нет, если бы и этот стрелял в детей, то Семен так просто его в покое не оставил бы. Благо их унилет имел преимущество в скорости. Но второй космолет во время преследования не стрелял. Поэтому, пусть уходит. А вот и остальные машины из его отряда подошли.
— Внимание, «ноль третий», «ноль второй», берете на буксир американца и тащите его на нашу станцию. «Ноль четвертый», ты монтажников выловил?
— Никак нет. Не успел.
— Тогда возвращайся обратно. Делать тебе тут нечего. Найди парней.
— А если эти вернутся? — Неуверенно, поинтересовался пилот.
— Ну и чем ты поможешь? У тебя случайно пушечка на борту не завалялась?
— Никак нет.
— Вот то-то и оно, что нет. Выполняй приказ.
— Есть.
Отдавая распоряжение, Семен невольно протянул руку к монитору радара, и погладил большим пальцем, одну из отметок. Космолет с детьми, больше не выписывая вензеля, прямым курсом уходил к российской станции…
ГЛАВА 8. Разбор полетов
Н-да. Подставили детки, нечего сказать. По полной подставили. Хорошо хоть сами целы остались. А то ведь все могло закончиться куда как плачевнее. Нет, еще ничего не закончилось. Можно сказать, все только начинается. Потому как полеты это сущая безделица. Куда интереснее и заковыристее разбор этих самых полетов.
— Ну что, шпиены, диверсанты. Довольны собой?
— Папочка…
— Настя, не начинай. Вот это твое «папочка» звучит как сущее издевательство. Лучше с брата бери пример, молчит в тряпочку, и правильно делает.
Семен окинул взором камеру, а попросту клетку, и тяжко вздохнул. Ну да. Имелась на станции таковая. Туристы это ведь весьма интересная публика, и порой такое учудить способны, что за уши не натянешь. Вот и предусмотрели местечко для изоляции. Правда обитаемой эта клетка бывает не так чтобы и часто, а скорее все же куда как редко. Не популярный аттракцион получился. Ну да, его детки все же удосужились. Дважды. Йолки!
— Ты вот что, Погодин, выводи их отсюда, — покачав головой, обратился Семен к безопаснику.
— Семен Аркадьевич… — Возразил было здоровый детина.
— Сергей, как оно все обернется, еще бог весть, а ты ребят уже в клетку определил. Отведи их в каюту, и приставь охрану. А тут им делать нечего.
— Извините, но я вам не подчиняюсь.
— Не подчиняешься, правильно. Но мозги включи, контрразведка. Тебе лишний шум вокруг «ноль двадцать пятого» нужен?
— Да вокруг него и без того гул стоит.
— Ну, это на служебном уровне, а тут речь о внимании со стороны.
— Резонно, — дернув себя за нос, согласился капитан. — Сейчас организую.
— Вот и ладно. Ну а я пойду, на разбор полетов. Да и парни уже должны подойти с пленником на буксире.
— Пап, — окликнул его понурившийся Алексей.
— Потом, сынок, — ободряюще подмигнув произнес Семен.
Кречетов вышел из помещения СБ и направился в диспетчерскую, где сейчас во всю шли переговоры с Землей. А если быть более точным, то с высоким командованием. Стараниями Попова, генералитет и персоны повыше, уже стояли на ушах.
Комендант не стал ждать чем там обернется своевольство подростков, и поспешил с докладом. Как выяснилось, поступил он в общем-то правильно. Замолчать эту историю или представить как проверку системы безопасности, все одно не получилось бы. Если бы не американцы, то-о… Но эти ребята фигурировали в деле. Причем оказались в центре событий. Да еще каких!
Подумать только. Парни Кречетова еще не успели доставить пленников на станцию, а на Земле уже поднялся визг о вероломных русских, напавших на американский космолет. Семен лично наблюдал экстренный выпуск новостей. И главное, эти суки визжат, делая горячий вброс откровенной хрени, а россияне… Вот не принято у нас понимаешь разбрасываться непроверенной информацией. У нас все должно быть по честному. По справедливости. Аргументированно.
И кому она нужна, эта честность? Обыватель, и российский в том числе, он ведь как ребенок, верит тому, кто первым выбросил в массы новость. Потом хоть трижды аргументируй, взопреешь, пока докажешь, что не осел. Потому как обвинить проще простого, а вот оправдаться… Да, да, российской стороне вечно приходится оправдываться и доказывать свою невиновность. И так от веку! Йолки!