– И чем всё закончилось?
Иван перевёл взгляд на экран.
– Тем же, чем заканчиваются все восстания.
Кадры показали разрушенные города, захваченных мятежных лидеров, которых публично казнили на центральных площадях.
– Любая революция подавляется быстрее, чем успевает перерасти в полномасштабную войну.
– Не считаете ли вы, что этот цикл когда-нибудь нарушится? – спросил Ларсон, прекрасно понимая, насколько они отклонились от исходной темы.
Иван не моргнул:
– Только если изменится природа власти. А она не меняется.
На мгновение воцарилась напряжённая тишина. Комиссия продолжала изучать его, оценивая не только знания, но и убеждения. Теперь и он сам знал, что они тестируют его позицию.
– А что насчёт земной оппозиции? – голос капитана прозвучал ровно, но в его тоне угадывалась напряжённость.
Иван перевёл взгляд на говорившего.
– Вы имеете в виду тех, кто называет экспансию Земли чудовищной? – уточнил он.
– Именно, – Фаррелл слегка наклонился вперёд. – Тех, кто утверждает, что мы не приносим цивилизацию, а навязываем рабство другим планетам.
Иван без колебаний активировал новую голограмму. Перед комиссией вспыхнули кадры протестов на Земле: многотысячные толпы, митинги под лозунгами "Нет военной экспансии!", столкновения с силами безопасности.
– Оппозиция – это естественная часть любого общества, – спокойно начал он. – Она возникает всегда, когда глобальные решения принимаются не в пользу всех, а в пользу сильнейших. Мы – не исключение.
Голограмма изменилась. Теперь на экране появились лица – лидеры оппозиционного движения. Профессоры, писатели, бывшие офицеры, отказавшиеся участвовать в операциях подавления.
– Основной аргумент оппозиции строится на том, что человечество утратило моральные ориентиры. Они считают, что наша экспансия – не эволюционный процесс, а агрессия, сравнимая с древними завоеваниями. Их основная риторика: "Земля не имеет права перекраивать чужие миры под себя".
Он повернулся к адмиралу Блэру.
– Но, если бы мы действовали иначе, мы бы никогда не стали доминирующей силой в галактике.
Ларсон хмыкнул.
– Значит, вы утверждаете, что насилие – единственный способ удержания власти?
Иван не отвёл взгляда.
– Власть не удерживается убеждением. Она удерживается жестким и постоянным контролем.
Он снова сменил проекцию. Теперь перед комиссией мелькали данные разведки, перехваченные сообщения оппозиционеров, схемы поставок вооружений для подпольных группировок.
– Оппозиция не ограничивается словами. В последние годы они организовали ряд терактов на промышленных планетах, пытались взломать системы управления хронопотоковыми двигателями, а в прошлом году предприняли попытку убийства Верховного координатора экспедиционных войск.
Капитан Фаррелл сложил руки на груди.
– То есть, они не просто идеалисты, а ещё и террористы?
– Не все, – признал Иван. – Но все, кто действительно представляет угрозу, в конечном итоге прибегают к насилию.
Ларсон взглянул на него с тем же скептицизмом, что и раньше.
– И что, по-вашему, должно быть сделано с оппозицией?
Иван не моргнул и глазом:
– То же, что делается всегда.
Голограмма снова изменилась. Теперь она показывала тайные аресты, исчезновения, внедрение цифровых лидеров не только в чужие цивилизации, но и среди самих землян.
– Мы не просто подавляем сопротивление. Мы контролируем его изнутри.
В аудитории воцарилась тишина. Комиссия продолжала изучать Ивана, оценивая его теперь не только как аналитика, но и как человека, который понимает суть системы и не испытывает к ней иллюзий.
В зале повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь приглушённым гулом работающих консолей. Голограмма перед комиссией погасла, растворившись в воздухе, оставив после себя лишь мерцающее свечение на сенсорных панелях. Иван не двигался, не позволяя себе даже мельчайшего движения, которое могло бы быть воспринято как признак неуверенности. Всё было сказано, ответы даны. Теперь решение оставалось за теми, кто сидел за длинным столом напротив него.
Адмирал Уэллс молча обменялся взглядами с капитаном Фарреллом, затем перевёл взгляд на профессора Грейс. Та, слегка кивнув, развернула перед собой панель голосования. Один за другим члены комиссии подтверждали своё решение, и Иван краем глаза видел, как на экране появляются первые результаты.
– Принимаем экзамен, – ровно произнёс Уэллс, не выказывая ни малейших эмоций.
На виртуальном экране появилось заключение: «Оценка: Отлично. Решение комиссии: Присвоить звание лейтенанта Военно-космических сил Земли. Специализация: специалист по экспансии 1 категории.»