Служащий испугался и попятился назад. Грозный вид высокого солдата с оружием, сделали свое дело. Максим посмотрел на всех окружающих. В этот момент он почувствовал себя особенно мерзко. Пытаясь как то все уладить и в то же время не давить на персонал, в частности учитывая, что мужчина был, в сущности, прав, он настоял на своем, толкнул сотрудника в сторону его комнаты и пошел дальше.
Вероятно, его жена уже была мертва, и супруг это чувствовал, хотя пока ещё не знал наверняка. Его интуиция подсказывала ему, что это правда. Понизив голос и успокоившись, но в то же время твердо и настойчиво, Максим произнес всем стоявшим в коридоре: – Все должны оставаться в своих каютах, это делается для вашей же безопасности. Ничего катастрофического не случилось, просто произошел сбой и его надо устранить. Возвращайтесь в свои комнаты.
Максим продолжал врать, и ему от этого было плохо. Но деваться было некуда, он должен был так поступить. Он и сам не понимал, что именно произошло, насколько велика опасность и до какой степени всё серьёзно. Но даже то немногое, что он знал, нельзя было рассказывать другим. Казалось, мужчина успокоился, он склонил голову, весь будто согнулся и словно горбатый пошел в свою каюту. Остальные тоже начали постепенно расходиться, никто не решался вступить в открытую перепалку с солдатом.
Максим, наблюдая за тем, как коридор на глазах пустеет, тоже стал успокаиваться. Оглядываясь, он снова вспомнил о капитане, и направился в его сторону. Коридор изгибался впереди и уходил вверх, высота потолка на станции составляла около трех метров, поэтому разглядеть вперед можно было не больше чем на семьдесят метров, дальше кривизна окружности не позволяла что-либо видеть.
Максим продолжал движение, периодически двери кают открывались и из них выходили люди, но он старался резко всех успокаивать и возвращать людей обратно в свои жилища. Посторонние в коридоре были сейчас совсем не к месту, к тому же, его волновала еще одна мысль: почему не пришел капитан. Это было вообще на него не похоже.
Если смотреть на расположение каюты Владимира, то он находился примерно в семистах метрах от медицинского сегмента станции. Максим понимал, что капитан в безопасности: медицинский отсек изолирован от остальных модулей, и мелкие твари не смогут туда проникнуть. Однако интуиция подсказывала ему, что это не конец. Отсутствие капитана косвенно подтверждало его опасения.
Максим прошел еще метров триста и вдруг услышал необычный гул, который доносился откуда-то издалека. Что-то дальше по коридору издавало странный ритмичный вибрирующий звук, источник которого был не понятен. Максим подумал, что это связано с какими-то приборами, возможно система вентиляции неисправна или где-то заклинило механизм раздвижных дверей. Впереди ничего не было видно, источник шума не проявлялся, но его громкость нарастала, а вибрация усиливалась. Солдат решил действовать осторожнее, он продолжил движение, но уже медленнее и аккуратнее.
До каюты Владимира оставалось каких-то сто метров. Он уже почти до нее дошел и в этот момент услышал вдали по коридору многоголосый вой людей, в шуме топота и криков которых, можно было расслышать: Убегайте, спасайтесь, если вы не убежите, они вас сожрут.
Гул приближался, крики становились громче. Теперь можно было различить звуки, как бегущая в спешке толпа, стучала во все двери и старалась забрать с собой всех тех, кто еще сохранял спокойствие и оставался в комнатах. И им это удавалось, запыхавшиеся от бега, с сильной отдышкой и страхом в глазах, сотрудники, чуть-ли не с пеной у рта доказывали остальным, что нужно собираться и бежать, и чем скорее тем лучше. Люди начинали выбегать из своих кают в чем попало, они присоединялись к сборищу, толпа продолжала движение.
Максим уже видел ноги бегущих сотрудников. Кто-то был босиком, кто-то — в обуви, кто-то не надел ночную одежду, а кто-то был почти полностью раздет. Все они спешили по коридору, похожие на стадо овец, за которыми гонятся агрессивные собаки. Кто-то спотыкался и падал и его тут же затаптывали остальные. Кто-то, не имея сил больше бежать, прислонялся к стене коридора и пропускал оставшихся, чтобы его не сбили с ног и не задавили.
Толпа приближалась, заметив ее, Максим не сразу среагировал, как действовать. Остановить этот вал было невозможно, противиться ему, сейчас не имело смысла, вразумить их все равно не получится, а использовать оружие он не хотел. Он прекрасно понимал от чего бегут люди и это их право, каждый хочет жить, и они вправе спасать себя сами. Однако он сразу понял, что произошедшее перестало быть тайной. Вероятно, кто-то увидел случившееся и смог спастись до того, как перегородки закрылись, а затем рассказал остальным. Паника была неминуема.