− Да, да я тебя слышу, я тебя понимаю. – Вика закивала головой.
− Хорошо. – Ольга спокойно выдохнула. − Теперь мы собираемся и идем с остальными в сторону столовой. Там все соберемся и будем решать, что дальше делать. Ты меня поняла?
− Да, да, я понимаю. – Виктория, вытирая с лица слезы и продолжая слушать, всхлипывая, кивала Ольге и постепенно приходила в себя.
− Вот и умница, − Ольга поцеловала Викторию в лоб. – А теперь беги вместе с остальными, а я еще должна проверить коридор.
− Нет, нет, нет, не надо, не иди туда, − Вдруг, резко схватила Виктория за руки Ольгу. – Не ходи туда, ты погибнешь, их слишком много.
− Но это необходимо сделать.
Ольга вырвалась из рук Виктории, освободила себе руки, сделал несколько шагов в сторону, откуда бежала толпа, а потом, повернувшись обратно к подруге, спросила. – А как они смогли до вас добраться, если медицинский сегмент был заблокирован?
− Он был заблокирован, разве они полезли оттуда? Я не знаю, у меня в каюте и в коридоре, они выбежали из вентиляции. Они кучами, стали выбегать из-под вентиляционной решетки и нападать на людей. Оля там такое было. – Виктория снова разрыдалась.
− Тихо, тихо, спокойно, я все поняла. – Поспешила успокоить ее Ольга, что бы она снова не начала паниковать. − Не начинай, не надо об этом думать. Я тебя услышала. – Ольга глянула на вентиляционные решетки в потолке коридора, потом повернулась обратно к Виктории, снова взяла ее за плечи и спокойно произнесла. – Отсюда нужно уходить и чем скорее, тем лучше.
− Да, надо бежать, я согласна. Ты не пойдешь туда? – Умоляюще спросила Виктория.
− Все успокойся, не пойду, я останусь с тобой. Побежали, нам надо уходить.
Они остались почти в одиночестве, все остальные уже ушли по коридору далеко вперёд, и теперь им предстояло замкнуть это шествие, если это можно было так назвать.
Люди постепенно собирались в столовой, помещение не рассчитанное на одномоментное присутствие такого количество человек стало быстро заполняться людьми и в какой-то момент начало становиться тесно. Ольга и Виктория прибежали одни из последних и им места уже не осталось. Двери в столовую закрыть не удалось, часть сотрудников стояло на проходе между столовой и центральным коридором станции. В коридоре тоже располагались люди, они сели на пол вдоль стен и от бессилия просто дремали.
Зал был забит полностью. Вся уставшие и перепуганные, стояли и между собой переговаривались. Гул напоминал пчелиный улей, когда на него напали шершни. Ольга находилась в дверях помещения, она подняла голову вверх и увидела огромное количество вентиляционных решеток в потолке. Ей это не понравилось, но с другой стороны, вентиляция на станции была везде, и невозможно было найти места, где ее нет. Зато они сейчас находятся максимально далеко от эпицентра трагедии, а значит, они выиграли время и у них есть возможность обдумать, что делать дальше.
Ольга продолжала осматривать людей, она искала глазами Максима. Высокий под два метра мужчина, сразу бросался бы в глаза среди остальных, среднего роста, жителей станции. Она обвела всех взором, но Максима нигде не было. Ольга переживала, она не верила, что Максим может погибнуть. Такой крепкий, физически сильный солдат, просто не мог дать себя в обиду. Она пошла по коридору, направляясь в сторону, куда ранее уходил Максим, чтобы привести капитана.
− Ты куда? – Ей в след крикнула Виктория.
− Будь здесь. Я далеко отходить не буду.
Ольга медленно пошла по коридору и в какой-то момент увидела вдалеке шагающие ноги. Знакомая походка сразу бросилась ей в глаза, конечно это был Максим. Ольга побежала в его сторону, но когда увидела его снизу до пояса, она остановилась. Он был весь в крови. По его брюкам стекали капли крови, а на полу оставались кровавые следы после ботинок. Ольга не знала, как реагировать. Она помнила, как Николай, будучи полумертвым, тоже шел ей навстречу. Сейчас к ней шел Максим. Она, не знала, сможет ли она убить Максима, поднимется ли у нее рука. Она медленно сняла винтовку с предохранителя, но ствол оставила направленным в пол. Максим приближался, верхняя половина костюма была также в крови. Даже лицо было в мелких пятнах крови, словно кто-то специально распылил красную краску у него на лице.