Внутри царил хаос, мешанина из стальные обломков, спутанные пучки черных канатов. Когда пальцы наткнулись на искорёженное лезвие, я прикоснулся картой до обломка, пряча его в нее.
Силовой Тесак. (Поврежден)
Ранг: D.
Материал: неизвестный металл, кварц, кремний.
Длина: 2,5 локтя.
Вес: 7 фунтов.
Тип: артефакт Системы.
Оружие Системы: Позволяет владельцу поглощать 60 % духовной и жизненной силы жертвы.
4 0 % отходит Системе.
Прочность I: Это оружие сложно разрушить.
Плазменное лезвие: Требует ви, позволяет создавать на кромке лезвия низкотемпературную плазму.
Время восстановления: 15436 дня.
Мысленно хмыкнул. Похоже, до завершения ремонта доживут разве, что мои внуки, если они у меня вообще когда-нибудь будут. А сам стану настолько же стар, как сейчас Пелит.
Ведомый чутьём, я направился в сторону груды оплавленных камней и почерневшего металла. Где-то здесь должно было лежать то, что осталось от рукояти. И возможно, соединив рукоять с первым, самым крупным осколком, ждать восстановления придётся намного меньше. Да и Зевс скорее не откажет в столь незначительной для него помощи.
Повторно усмехнулся. Это для него незначительная милость, а я просто божественной репутацией или очками системы не отделаюсь. Оттолкнулся от мертвой плоти исполина и спрыгнул вниз. Чуть в стороне нашёл искореженный кусок металла, больше похожий на опустевшую куколку бабочки. С сомнением покрутил найденное в ладони. Форму рукояти можно было угадать лишь с немалым трудом.
Карта поглотила искореженную рукоять, и время ремонта снизилось лишь наполовину. Но зов, что вел меня к рукояти, теперь как будто расплылся и беспокойно заметался словно в лихорадке. Я обошел место, где должен был лежать очередной обломок, вглядываясь в каждую щель, под каждый оплавленный камень. Похоже, все остальные части клинка рассыпались буквально в пыль. И несмотря на то, что я их чувствовал, обнаружить еще один кусок меча так и не смог.
Когда проходил сквозь кровавое месиво, которое я сам же и оставил, и которое еще избегали даже легионеры, каждый шаг сопровождался хрустом из-под подошв тяжелых сапогов, раздавливающих то осколки костей, то сминающих скользкие кишки и куски плоти. Мимоходом, почти не глядя, я выдергивал из воздуха тускло мерцающие прямоугольники системных карт. Кроме того, удача улыбнулась наткнуться на пятерых чуть живых врагов, одарив еще не только картой, но и ОС. И количество накопленных ОС вновь приблизилось к повышению очередного уровня.
Доступно (325/360 ОС).
Нужно теперь быть гораздо внимательней, если хочу вложить — эти очки в улучшение навыков. А вот, что с добытыми картами? Пока не до них. Позже, когда выдастся хоть минута не между выстрелом и ударом клинка, нужно будет их хорошенько изучить.
А сейчас нужно, пожалуй, помочь легионерам и извлечь из самохода тело Лоотуна. Может, всё-таки Громовержец не откажет возродить Героя, пожертвовавшего собой ради общей победы.
С каждым шагом, что приближал меня к месту гибели второго исполина и остову мертвого самохода, на забрале с завидным упорством начали мигать две надписи:
Опасность: Ионизирующее излучение.
Опасность: Повышенный радиационный фон.
Про радиацию я помнил. Смотритель в своё время рассказывал о невидимых и неощутимых миазмах, которые прокрадываются в кости, в кровь, калечат семя и уродуют детей еще в утробе.
Через интерфейс манипулы я сообщил Пелиту:
«Птица мертва, но ядовита. Ее гибель оставила ту же заразу, какой был пронизан храм Отца тьмы в Убежище.»
И практически мгновенно пришёл ответ:
«Благодарю за весть, друг мой. Не тревожься. Когда ступим на Олимп, мой божественный Предок очистит плоть всех, кто дышит — этой отравой ныне.»
Наконец, с тенью на душе я добрался до места, где вел свой последний бой Лоотун. Взрыв, что убил исполина, отбросил самоход на бок и опалил все шесть колес. Остов почернел и оплавился. Из пробоин и трещин по-прежнему вздымались змеящиеся струйки пара и густого маслянистого дыма, а внутри, в самой глубине, все еще тлел багровый свет.