Он замолчал, и его лицо стало строгим.
— Так что да. О твоих опасениях нужно немедленно уведомить моего божественного Предка, — сказав это, взгляд жреца затуманился.
Неслышное их общение длилось не дольше двух десятков вздохов, в течении которых я не отрывал взгляда в ожидании ответа. Мне показалось, как веки Пелита дрогнули раз-другой отвечая на беззвучные вопросы, а пальцы непроизвольно сомкнулись в кулак.
И одновременно с тем, как ясность вновь вернулась в глаза жреца, за пределами шатра раздался раскат грома и вспышка молнии, которая пробилась даже сквозь ткань шатра.
Вслед за вспышкой и звуком пришло системное сообщение о миссии:
Внимание! Вы находитесь в зоне миссии!
Вы получили божественное задание «Казнь предателя»!
Ранг: Е.
Описание:
— Убейте Героя Кван И.
Награда: вариативна.
Внимание! Вы можете отказаться от задания «Казнь предателя» без последствий.
— Скверно! — резко бросил Пелит, и в его голосе впервые зазвучали стальные нотки. После чего он рывком рванулся к выходу.
Я последовал его примеру. Мысленный приказ уже опережал тело. Боевая форма принялась покрывать моё тело наплывами псевдоплоти. Прохладная волна обволокла плечи, грудь и спину, окончательно сформировавшись. Мелькнула мысль, что это не самая лучшая замена доспеху, к которому я уже успел привыкнуть в последнее время. Но, хоть что-то.
Выскочив вслед, я мысленным импульсом вырвал из пространственного браслета ромфею. Тяжёлый клинок с низким гулом материализовался в руке, готовый вновь пролить кровь. Губы чуть скривились от досады, когда вспомнил, что в той бешеной схватке со жрецом Лоргата утратил щит.
Я примерно помнил, где среди лагеря стоял шатер Кван И. И теперь моему взору предстала неописуемая картина. Вместо шатра мерцала огромная, неестественно идеальная полусфера из сплетённого света и теней. Вокруг неё бешено сновали сполохи молний, но не те, что мог испустить я сам или Пелит, а багрово-чёрные.
И в центре этого кокона парил ханец. Его четыре руки были раскинуты, пальцы искривлены, словно он Атлант, удерживающий небо над головой. Раскосое лицо Кван И, искажённое нечеловеческим усилием, было устремлено к храму Зевса. Он что-то яростно выкрикивал на гортанном незнакомом языке, и каждое его слово заставляло сферу пульсировать, а чуждые молнии бить с новой силой.
Спустя несколько мгновений, ровно столько, сколько нужно было для последнего презрительного взгляда в нашу сторону, сфера резко схлопнулась. Она свернулась в точку, поглотив вместе с собой и ханьца.
Наступила гнетущая тишина.
Через мгновение её пронзил громогласный голос Зевса, прокатившийся над всем Олимпом. Голос был переполнен яростью и всесокрушающей мощью, от которой задрожала земля:
— СБЕЖАЛ!!!
Глава 15
Возвращение.
Эхо божественного голоса, не успев окончательно смолкнуть, еще раскатывалось в ушах медным гулом, как на всех воинов, что были под началом Кван И, обрушился поток слепящего плотного света.
Он не жёг и не калечил. Ослепительный свет, словно прозрачная смола, окутал каждого раскосого воина из отряда ханьца. Перед этим он на мгновение выхватил из общего хаоса их застывшие в непонимании или гневе лица, нелепые позы, незавершённые движения…
Они превратились в причудливые статуи, расставленные по всему лагерю. И лишь слабый золотистый отсвет, окутывающий тела, указывал на магию невероятной силы, захватившую их в плен.
И тут же, поверх запаха озона и тревоги, из памяти всплыло давнее, почти забытое воспоминание: наш дом, отец, сестра и заезжий купец с севера. Тот хвастался диковинкой — крупным куском янтаря, тёплым на ощупь и искрящимся на солнце. Внутри которого навеки застыл муравей. Тогда, еще ребёнком, я заворожено водил пальцем по гладкой поверхности, пытаясь понять, что за проказливое божество сотворило такое чудо.
Сейчас эти застывшие воины выглядели точь-в-точь такими же муравьями. Та же беспомощность, навязанная божественной волей.
— Стратегомахус и Жрец!
Слова Бога хлестнули яростно и кратко, как удар клинка. Я невольно вздрогнул, вынырнув из воспоминаний.
— К моим ступеням! Немедленно!
Пелит, уже повернувшийся ко мне, чтобы что-то сказать, лишь успел кивнуть с выражением крайней серьёзности на лице. Затем его фигура дрогнула и исчезла в неяркой, но стремительной вспышке золотых искр, беззвучно поглотившей его целиком. Похоже, Кронид решил поторопить Пелита и Марка Туллия.