Несколько минут мы молча думали каждый о своём, наслаждаясь пищей. Тишина была тёплой и насыщенной, нарушаемая лишь потрескиванием фитиля в светильнике и тихим звоном кубков. В голове у меня поверх стратегий Зевса и образов ледяных пустошей всплыли картины утреннего разговора — я вспомнил утреннюю беседу с девушками про их желания вернуться домой.
— Кстати о твоих гостьях, — нарушил я молчание, отставляя кубок. — Сегодня утром я застал их с Аретой. Они… всё ещё лелеют надежду вернуться на родину. Ждут вестей о купцах или кораблях.
Пелит медленно кивнул, его взгляд стал отстранённым.
— Да, я помню своё обещание, — произнёс он, задумчиво проводя пальцем по краю своей чаши. — И оно остаётся в силе. Более того, — он сделал паузу, — возможно, ждать купцов и не придётся.
Он замолчал на мгновение. Его глаза затуманились. Похоже, он если и не общался со своим предком, то снова нырнул куда-то в глубины интерфейса. Через несколько секунд его взгляд сфокусировался на мне — ясный и твёрдый.
— Как бы то ни было, мой Предок готов вернуть их. И не просто вернуть, а переместить точно туда, откуда их призвала Система на тот злополучный подвиг. И сделать это можно хоть сию минуту. Вопрос лишь в одном, — его голос стал мягче, — действительно ли они этого хотят?
Я вспомнил то, что говорили о своей родине девушки. И если темноволосая была дочерью местного царя, то светловолосая и раскосая влачили жизнь не лучше, чем у рабов.
Я понимающе кивнул, мысленно возвращаясь к утреннему разговору. Вспомнились не только их слова, но и интонации, и тени в глазах.
— Их «хотение» вещь сложная, Пелит, — произнес я медленно. — Для одной из них, дочери царя, возвращение — это возврат к роскошной безбедной жизни. Но для двух других… — Я замолчал, собираясь с мыслями. — Ты же слышал их истории. Для светловолосой и раскосой жизнь на родине была не лучше рабской: холод, голод, бесправие.
Я отпил вина, давая словам проникнуть в сознание жреца.
— Ты предлагаешь им великий дар — выбор. Тем более для женщин. — Пелит задумчиво впился в меня взглядом. — Впрочем, сейчас нет для этого времени. Лучше заняться этим чуть позже.
Распрощавшись с Пелитом, я вернулся в свои покои. Усталость, накопленная за день — и физическая от увеличения параметров, и душевная от тяжёлых разговоров, — плотным плащом висела на плечах. Решил перед сном заглянуть к сестре.
Арета была не одна. В мягком свете масляного светильника я увидел её и одного из стражников. Они сидели рядом на низком ложе, оживлённо о чём-то беседуя.
Я лишь хмыкнул про себя. Коротко встретился с сестрой понимающим взглядом и не нарушая их уединения, тихо удалился.
Добравшись до своей комнаты, я скинул одежду и повалился на кровать. Мысли о предательстве Кван И, ледяных пустошах, судьбах пленниц и глобальных планах Зевса сплелись в один тягучий бессвязный клубок. Но тело потребовало своего. Практически сразу, как только голова коснулась грубой шерсти подушки, я провалился в глубокий беспросветный сон, где не было ни богов, ни войн, ни сложных выборов. Только тёплая целительная пустота.
Сон разорвался, как гнилая ткань. Не звуком или светом, а системным сообщением, возникшим перед взором:
Вы получили системное (божественное) задание.
Ранг: (Е)
Описание:
— Разведка Бастиона на Ледяной Скорлупе.
Награда:
— Существенное повышение репутации с Зевсом.
Наказание за провал:
— Существенное уменьшение репутации с Зевсом.
— Вариативно.
Внезапно возникшие системные слова взбодрили сознание. Всё тело дёрнулось, сбрасывая липкие остатки забытья. Холодный пот залил спину, шею, струйкой скатился по виску. Сердце заколотилось где-то в горле, отдаваясь глухими ударами в ушах.
В памяти еще клубились остатки сна, но словно кто-то махнул призрачным хвостом, и воспоминания о нем разлетелись в неведомые края.
Я лежал, не двигаясь, ещё пару мгновений, просто глядя в потолок, чувствуя, как последние крупицы покоя утекают сквозь пальцы. Воздух в комнате казался густым и мёртвым.
Потом с одним резким выдохом я поднялся. Рука скользнула по немногим личным вещам и пространственный браслет на запястье проглотил их с тихим щелчком.
Ни раздумий, ни сомнений. Время на это закончилось.
Мысленный приказ был коротким и острым как клинок. И где-то в глубине встрепенулась «Воля ужаса», не предвещая ничего хорошего.
Принять задание.
Глава 19
Окно в стене.
Мир моргнул, и я очутился в личной комнате, но не стал задерживаться ни на мгновение. Ещё до того, как глаза полностью окинули груды вещей, ноги уже понесли меня вперёд, к арке портала, ведущей в домен Зевса. Воздух снова задрожал, и я шагнул на Олимп.