Я сделал лёгкое движение в сторону, и заряд, выпущенный в меня, пролетел мимо, ударив в колонну позади. Камень зашипел и начал рассыпаться в пыль. Неприятная штука, второй в это время уже сократил дистанцию, его рука с клинком метнулась к моей шее.
Я нырнул под удар, мой клинок чиркнул по его броне, высекая искры. Одновременно я выстрелил из револьвера ему в упор, в сочленение на ноге. Выстрел не пробил броню, но импульс заставил его на секунду потерять равновесие. Этого было достаточно, я развернулся, и второй мой клинок вошёл в спину, найдя щель между пластинами. Преторианец дёрнулся и медленно осел на пол.
Второй уже разворачивался для новой атаки, но я был чутка быстрее. Метнул в него один из своих клинков. преторианец отбил его, но это было отвлекающим манёвром, быстро сближаюсь и бью навершием меча в основание шеи, туда, где заканчивался шлем.
Путь был свободен, я остановился в десяти метрах от трона. Астарий смотрел на меня, и в его горящих глазах не было страха. Только любопытство и предвкушение.
— Впечатляет, — наконец, произнёс самопровозглашенный бог. — Ты действительно силён.
— Я тоже впечатлён, — ответил, перезаряжая револьвер. — Особенно твоим новым дизайном. Очень… авангардно. Кто твой стилист? Я хочу сжечь его студию.
Астарий рассмеялся, и этот смех был похож на скрежет металла.
— Остроумие, это последнее прибежище слабых. Но я вижу ты готов к настоящему бою.
Астарий медленно поднялся с трона. Он был огромен, два с половиной метра точно детиночка вымахал.
— Посмотрим, чего стоит твой дар против силы бога!
Астарий бросился на меня. Так и хотелось истерично заорать: «Умри мерзкий ксенос во имя Бога-Императора!», но боюсь мой новй друг шутки не оценит. На ходу разрядил весь барабан револьвера, целясь в его незащищённые участки тела. Но пули либо отскакивали от его кожи, не уступавшей по прочности стали, либо просто вязли в ней, не причиняя вреда.
— Бесполезно! — взревел Астарий, разворачиваясь и нанося удар своей человеческой рукой. Я выставил перед собой скрещённые клинки, принимая удар.
Меня отбросило на несколько метров. Руки занемели от чудовищной силы удара, клинки зазвенели, едва не разлетевшись. Я приземлился на ноги, но пошатнулся, млять, этот урод был до безобразия силён.
Я уходил от его атак, используя всю свою скорость и ловкость. Он был медлительнее, но каждый его удар мог стать последним. Колонны рушились, гобелены, висевшие на стенах веками, вспыхивали от случайных энергетических разрядов, которые срывались с его тела.
— Ничтожество! — буквально пролаял Астарий — ты ничто против меня.
— Синхронизация завершена — выскочила надпись перед глазами.
Гипертрофированная рука резко замедлилась, как и всё вокруг меня. Бросок шкафа под названием Астарий проведён чётко по учебнику. Грохот от падения и слома мебели был такой, что на нам посмотрели все, кто был в зале.
— Мой черед — ответил Астарию, когда он с диким рёвом вылез из обломков.
Печать под ногами разрасталась всё быстрее. Достигнув стен, начала переливаться огненными всполохами разных цветов. На клинках заплясали молнии, весело шипя.
Астарий нёсся на меня, как бронепоезд. Удар изменённой рукой без проблем оторвал бы мне голову.
Замах и удар…
В стальной кулак упёрся мой клинок, пол у меня под ногами треснул от давления на мою тушку. Недоделанный император удивлённо посмотрел на мой меч, чтобы получить знатный разряд тока. Астария откинуло метров на пять, он уселся на задницу, забавно крутя головой, пытаясь понять, что произошло. На меня бросился один из выживших преторианцев, но мой ангел-хранитель чётко следил за ситуацией. Удар ногами в плечи, у химеры ломаются ноги, затем выстрел из магострела в голову завершают начатый перфоманс.
Астарий снова на ногах, пытается изобразить серьёзное боевое плетение, что-то вроде огненного луча бьёт в мой барьер. Почти с осязаемым возмущением надо мной зажигается огненная призма, град мелких огненных шаров накрывает моего оппонента. Судя по крикам, это довольно болезненно даже для такой большой и страшной хрени.
Дым рассеялся, показывая хорошо прожаренного и закопчённого Астария. В этот раз не пытается снести меня, как бешеный носорог, идёт медленно, внимательно следя за моими движениями.
На последних метрах ускоряется в попытке нанести серию ударов, но совокупность факторов играют явно против нашего недобога. Не скажу без усилий, но отбиваю все связки Астария. Клинки, покрытые рунами, постепенно находят уязвимые точки на теле, но Астарий не обращает на ущерб никакого внимания.
Новый обмен любезностями в ближнем бою. Делаю прямой выпад, на который Астарий радостно идёт вперёд, считая, что я промахнулся. Небольшая шаровая молния, что зажглась на кончике клинка резко меняет его мнение. Небольшой направленный взрыв проламывает броню лирианца, и клинок идёт дальше в податливую плоть.
Печать на полу моргнула, ударив Астария бешеным разрядом. Часть полопалась на руках, мышцы свело спазмами.
— Как?.. — прохрипел он, и из его рта хлынула чёрная кровь.
Я не ответил, навалился на него всем своим весом, загоняя клинок всё дальше. Астарий был пригвождён моим мечом к своему собственному трону, как гигантская, уродливая бабочка к пробковой доске. Он дёрнулся от очередного удара, но затем руки безвольно повисли, прерывистое дыхание замедлилось еще сильнее, в итоге сойдя на нет. Голова безвольно упала на грудь, всё было кончено.
Ко мне подошли Мэри и Мрак, Видящая, прихрамывая, опиралась на его руку.
— Красиво ты его, — сказала Мери, кивнув на труп на троне. — Прям инсталляция «Падение тирана».
— Он сам напросился, — ответил я. — Хотел быть богом, а закончил как кусок мяса на вертеле.
Мрак молча подошёл к трупу Астария и отрубил ему голову.
— Сувенир для маркиза Удо, — усмехнувшись произнёс рогатый. — Думаю, он оценит.
Я не стал спорить, это было жестоко, но справедливо. Этот город, эта страна должны были увидеть, что их чудовище мертво.
Глава 13
После оглушительной какофонии боя, после грохота рушащихся стен, визга рвущегося металла и предсмертных криков, эта внезапно наступившая тишина давила на уши сильнее, чем любой шум. Я стоял посреди тронного зала, или того, что от него осталось. Мраморный пол был усеян трупами. Изуродованные тела преторианцев вперемешку с моими гвардейцами. Чёрная кровь мутантов смешалась с алой кровью людей, создавая на полу причудливые, уродливые узоры.
Я медленно опустился на ступени, ведущие к трону, и устало прислонился к холодному камню. Адреналин, державший меня на ногах последние несколько часов, начал отступать, оставляя после себя звенящую пустоту и ноющую боль во всём теле. Каждый мускул гудел от перенапряжения. Я вытер клинок о штанину, размазывая по ней чёрную жижу, и убрал его в ножны.
Мэри, прихрамывая и опираясь на Мрака, подошла ко мне. Её лицо было бледным, под глазами залегли тени. Она ничего не сказала, просто села рядом, и её плечо коснулось моего. Этого было достаточно, мы сидели молча, двое уставших чудовищ на пепелище чужого мира, который мы только что сожгли дотла. Мрак с непроницаемым лицом стоял за нашими спинами, как огромный гранитный истукан, держа в руке отрубленную голову Астария за волосы.
В проёме разрушенных ворот показалась фигура, это был маркиз Удо. Он шёл медленно и неуверенно, переступая через трупы с выражением брезгливого ужаса на лице. Он замер посреди зала, глядя то на меня, то на горы тел, то на залитый кровью трон. Обезглавленное тело Астария лежало там же на ступенях. Кажется, бедолагу сейчас снова стошнит.
— Ваше… Ваше Императорское Величество… — пролепетал он, его голос был едва слышен.
Я даже не посмотрел на него, мой взгляд был прикован к огромному витражному окну, в котором зияла дыра от случайного выстрела. За окном дымился разрушенный город.