Официантка снова нависла над столом. Они заказали выпивку. Когда официантка отошла и уже не могла их слышать, Кейт ровным голосом заявила:
— Вы ошибаетесь.
Джулия кивнула, словно соглашаясь с некоей отличной мыслью, например, с предложением устроить пикник на берегу озера в ясный весенний день.
— Проблема в том, Кейт, — она выдавила из себя снисходительную улыбочку, — что мы не можем доказать, что Декстер и впрямь имеет рабочий контракт с каким-то банком.
Кейт поразилась неуместности этой подробности — чисто формальной. Она отлично помнила контракт, о котором шла речь, он прямо-таки стоял у нее перед глазами, засунутый в невинную на вид папку с документами о выплатах по закладной на дом.
— Контракт конфиденциальный, — сообщила Кейт, добавляя еще одну неуместную, не относящуюся к делу подробность.
— Мы также не можем найти, — продолжила Джулия, — никаких документов о том, откуда он получает свои доходы. Мы проверили ваш банковский счет, открытый на вас обоих. Проверили и кредитные карты, и дебетные, и сводки по балансам, присылаемые вам на дом. Так что видим все поступления и регулярные траты. Но нам неизвестно, откуда поступают эти доходы.
Джулия сделала паузу, помолчала, глядя на Кейт, давая той возможность переварить услышанное, прежде чем начать детализировать и объяснять сказанное.
— Все трансферты идут с номерного счета, — продолжила она. — Безымянного, анонимного.
— Ну, это же обычная практика в Люксембурге. Тут все этим занимаются. Это называется банковская тайна.
— Ты когда-нибудь встречалась с кем-то из его коллег? — спросила Джулия, продолжая игнорировать реплики Кейт, ее участие в разговоре. — Ты когда-нибудь видела рабочий контракт Декстера?
Это было первое заявление, которое Кейт могла опровергнуть. Потому что и в самом деле видела этот контракт, короткий, ничем не примечательный документ, который Декстер запрятал подальше, в папку с наклейкой, относящейся совсем к другим делам. Но она продолжала молчать.
— Ты видела его зарплатные чеки? Он что-нибудь получал от своего работодателя по почте? А сам он заполнял какие-нибудь отчеты? Страховые формы, например?
Кейт уставилась на старый потрескавшийся стол. Конечно, контракт мог оказаться липой. Нет, он действительно был липой!
— Деловые карточки? Корпоративные кредитные карты? Карту-ключ для доступа в офис?
Официантка принесла напитки, громко стукнув бокалами по столу, — две коки-лайт и пиво.
— Ты когда-нибудь хоть что-то такое видела? Что угодно — абсолютно любое! — способное доказать, нет, даже не доказать, это слишком сильное выражение, просто показать, что твой муж работает на какую-то конкретную компанию?
Джулия взяла стакан с кокой, отпила глоток. И прекратила свои нападки.
— Это целая коллекция косвенных улик, — заметила Кейт.
— Косвенных улик может оказаться недостаточно, чтобы осудить человека. Но их почти всегда хватает, чтобы выяснить правду. Не так ли?
— Все это косвенные улики, подтверждающие совершенно дикие предположения.
— Неотвратимые умозаключения вообще-то. — Джулия смотрела на Кейт твердым взглядом с полной убежденностью, стараясь донести через стол эту свою уверенность.
Кейт отвернулась, посмотрела в окно на крутящийся снег.
— Так чего вы хотите? — спросила она. — От меня-то чего вам надо?
После длительного молчания Джулия произнесла именно то, чего Кейт и ждала:
— Мы хотим, чтобы ты нам помогла.
— Декстер!
Он поднял взгляд от тарелки, где старался подцепить на вилку какую-то вкуснятину с соусом. Предполагалось, что это лучший ресторан во всей стране. Шеф-повар как-то заполучил самую престижную премию в мире. Награждение случилось давным-давно, но все же…
— Я все знаю, — заявила Кейт. Тело ее затекло и прямо-таки чесалось от напряжения и страха. Разговор предстоял очень трудный, и от него многое зависело.
— Что ты знаешь? — Декстер сунул в рот этот неопознанный пищевой объект. НПО.
— Я знаю, что ты никакой не консультант по вопросам компьютерной безопасности.
Декстер уставился на нее, медленно прожевывая свой НПО.
— Я тебя что-то не совсем понимаю.
— Я знаю про тайный банковский счет.
Он тут же перестал жевать, но сразу же зажевал снова, погрузившись в задумчивость.
Кейт придержала язык. Теперь был его ход, и она хотела дождаться его ответа. Он проглотил. Взял с колен салфетку, промокнул уголки рта.
— И что же ты, по-твоему, успела узнать?
— Не пытайся это отрицать. — Это прозвучало враждебнее, чем она намеревалась.