«Интересно, а как с этим у немцев дела обстоят?» — подумал он.
О наступлении на Сомме газеты писали в патриотических тонах, но достоверно пока ничего понять было невозможно. Дескать наступление идет успешно, немцы гнутся и прочее в том же духе. Кроме того, Климов припомнил, что это сражение в конечном итоге закончится если не поражением союзников, то все останутся при своих, сдвиг фронта на несколько километров ничего не решал, только потеряют кучу людей.
«Но это снова должно привести к упадку боевого духа», — подумал он.
В его голове металась какая-то постоянно ускользающая мысль, что не получалось четко оформить, но возникло понимание, что этим обстоятельством можно, а точнее нужно воспользоваться в своих интересах. Осталось понять: как и что в итоге это ему даст.
Климов встряхнул головой, окончательно прогоняя «мысленный туман», по опыту зная, что позже нужная мысль придет сама в самый, казалось бы, неожиданный момент. Сейчас она уйдет в глубину сознания, но не растворится, а наоборот начнет обрабатываться в фоновом режиме и в итоге кристаллизуется в рабочий план.
«Надо только больше информации собрать», — подумало он.
Но тут же возникла проблема, а где ее собственно брать? Как?
Засели в небольшом кафе на одной из второстепенных улиц.
— Я в сестры милосердия вступила, буду работать в госпитале, — сказала Елена, отпив кофе.
— Хм-м, похвально и достойно, но надеюсь там мы с вами не встретимся. Это конечно все выглядит романтично, раненый герой и сестра милосердия за ним ухаживающая… но я предпочитаю нынешнюю прозаичность.
Елена слегка покраснела, что позволяло думать, что она действительно о чем-то подобном если не мечтала, то рассматривала и такой вариант. Климов, кстати, обратил внимание, что табаком от нее больше не пахнет. Но тут или испугалась преждевременного старения либо… к страху добавились и иные причины связанные с ним.
— И правда…
Климов же подумал в этот момент о том, сколько дочерей министров и прочих высокопоставленных чиновников поехали волонтерами на СВО? А то народ постоянно призывают стать волонтерами, провели мобилизацию, а вот с личным примером что-то не заладилось, кроме совсем уж единичных случаев. Вроде даже царские дочери в госпиталях работали, то бишь и сейчас работают. А как дочки ВВП? Может тоже в каком-то госпитале раненым помогают, а мы и не знаем из-за их природной скромности и не желания публично афишировать свою гражданскую сознательность?
Он попробовал представить всех этих инстаграмщиц из «высшего света» с внешностью словно они все клоны Кардашьян с надутыми губами, сиськами и жопами в медицинском халате и не получилось. В латексных нарядах для сексигрищ — легко, а в реальном медобмундировании — нет.
— Что-то случилось? — спросила Елена, смотревшая на помрачневшего ликом своего спутника.
— Нет, все нормально. Расскажите о своем брате. Если не секрет.
— Вы, наверное, удивлены, что он не в армии?
— Есть такое, — признался Климов.
— Он учился в английском университете и хочет продолжить отцовское дело, став дипломатом…
«Интересно, его там в жопу только драли или и ему дали отодрать какого-нибудь англичанина? — с презрением подумал Михаил, ибо слышал, что закрытые английские учебные заведения славятся культивированием всяких извращений среди студентов. — Да нет, вряд ли кого-то ему подставили — только драли, чтобы сразу привык, что и дальше будут только драть и даже думать не думал, поиметь кого-то из них».
— … Так что через месяц снова поедет в Англию. Ему остался последний курс.
— Понятно.
В отдалении снова раздались крики, свистки, даже бахнуло несколько выстрелов и через какое-то время по улице пронеслась небольшая толпа рабочих, среди которых хватало женщин, на лицах некоторых виднелась кровь. Полиция не сильно миндальничала с протестующими и разгоняла их весьма жестко, охаживая всех, кто под руку попадется дубинками. Опять же парад русских войск скоро, так что все должно пройти чинно и благородно.
«Вот вам и демократия в действии», — мысленно хмыкнул штабс-капитан.
Второй благотворительный вечер так же прошел без нареканий в организационном плане, но вот с финансовым результатом все оказалось гораздо печальнее, чуть больше двухсот тысяч. Тем не менее Климов дал в газеты новые восторженные статьи превознося сознательность и щедрость российских подданных, что не щадя кошелька своего помогают русским солдатам.
Ну а четырнадцатого июля состоялся парад. Прошел батальон второго полка и пулеметная рота. Климов только улыбнулся, глядя на бодро марширующего молодцевато выглядящего ефрейтора Малиновского с Георгиевским крестом на груди из-за которого его наверное и не отстранили от участия в шествии.