Что касается «Алвина», то его возвращение на борт «Лулу» при помощи подвижного подъемника проходит не без трудностей и не без нервотрепки. Поистине условия работы в море имеют очень и очень большие ограничения.
Утром 22 числа «Кнорр» информирует нас, что у «Алвина» технические неполадки и что его невозможно починить на месте. «Лулу» доставит его в порт Понта-Делгада. Мы не осведомлены о характере поломки. Джим Хейрцлер сообщил без особых уточнений, что дело в электромеханической части. В ответ мы передали в предельно вежливой форме наши сожаления. Мы действительно были глубоко опечалены выходом из строя американского подводного аппарата, который до сих пор очень хорошо трудился. Но что греха таить, в глубине души мы испытывали нечто похожее на облегчение: теперь мы знаем, что не только нам приходится бороться с техническими трудностями. Даже такая чудесная машина, как «Алвин», машина, у которой в прошлом целые годы сложных испытаний, не смогла противостоять суровым морским глубинам.
Вечером 23 июля ветер немного утих; небо продолжают покрывать облака пепельного цвета, изборожденные на горизонте розовыми полосками. Перед самой полночью вахтенный офицер сообщает, что с «Бель-Эспуара» получена радиотелеграмма. Он подойдет к нам завтра около 10 часов утра. Надо признаться, нас несколько тревожила судьба этого судна. Оно вышло из Понта-Делгада три дня назад, и с тех пор мы не имели о нем никаких сведений. Теперь стало известно, что оно в поисках ветра пошло далеко на запад, а теперь сменило направление и двигается прямо на нас на всех парусах. «Бель-Эспуар» — это корабль представителей прессы. Он специально был зафрахтован руководством NOAA и CNEXO, чтобы доставить американских, французских, португальских и даже японских журналистов к местам погружений.
Такое решение было принято после завершения кампании 1973 года. Первая фаза операции «FAMOUS» вызвала живой интерес, как во Франции, так и в Соединенных Штатах, а пресс-конференция, созванная в Париже в октябре под председательством министра промышленности и научных исследований М. Шарбоннеля, привлекла журналистов, пишущих о науке. Они тогда уже поняли, что нынешняя подводная экспедиция по сравнению с предыдущей достигла качественно новой ступени, как по размаху используемых средств, так и по намеченным целям. После успешных погружений 1973 года они высказали пожелание посмотреть, как будет осуществляться вторая фаза «FAMOUS», которую кое-кто из них не колеблясь назвал подводной программой «Аполлон».
Подыскивая подходящее для журналистов судно, представители CNEXO и NOAA обратили свой взор на «Бель-Эспуар», старый трехмачтовый парусник 30 метров в длину, в котором святой отец Жауан, светлая личность из плеяды «передовых священников», разъезжает по всему свету, чтобы молодым людям, испытывающим трудности, снова привить вкус к жизни.
Три столетия назад его духовные предки вооружили бы «Бель-Эспуар» пушками и отправили его в море на войну с неверными во имя бога и короля. И этот увалень с непослушными парусами, с толстой дубовой обшивкой, что пахнет смолой и мокрой пенькой, не показался бы анахронизмом.
Некоторые корабли не имеют возраста. Это относится и к «Бель-Эспуару».
Так и ждешь, что за его фальшбортом обнаружишь каронаду или увидишь абордажный палаш, валяющийся около кабестана…
Судно покинуло Эйбер-Роч[49] 9 июля. Его экипаж состоял из разной шерстных добровольцев, преимущественно студентов, и находился под командованием капитана 1-го ранга в отставке Альбера Лабана, бывшего десантника в Индокитае, которого военные моряки ласково называли уменьшительным именем Бебер.
После захода в порт Понта-Делгада, куда журналисты прибыли 20 июля самолетом, «Бель-Эспуар» взял курс на юго-запад, к зоне «FAMOUS».
Встреча была намечена на 24 июля, в 8 часов утра. В 10 часов этого дня «Бель-Эспуар» на всех парусах торжественно проходит перед «Норуа». Всего два часа отставания от графика при таком большом расстоянии, да еще под парусами — это вовсе не плохо… Воображая себя марсовым, Эрве Риффо бесстрашно и ловко, как обезьяна, взбирается по выбленкам на фок-мачту. Мужчины и женщины, расположившиеся на палубе, одеты, как оборванцы, в полном противоречии с принятым в одежде этикетом. Ивонна Ребероль от газеты «Монд» в пиратских шароварах вытянулась под палубным навесом, опершись локтями о палубу и подложив под голову I ладони. Некое сочетание мадам Рекамье[50] и роденовского Мыслителя. Много лет следящая за политическими событиями в разных уголках земли — от Афганистана до Земли Адели, Ивонна ни за что на свете не пропустила бы этот поход. Тайную страсть к подводным аппаратам она питает с того самого дня, в 1970 году, когда она приняла участие в погружении «Архимеда» под Тулоном, после чего была объявлена «самой глубоководной женщиной в мире». Никола Скроцки от газеты «Франс Суар» с небрежной походкой главаря пиратов и острыми чертами лица, как у героев Достоевского, испытывает полнейшее удовольствие. Теснота на палубе, соленые брызги, неразворотливость кока и жесткость коек на «Бель-Эспуаре» его не волнуют. Он почти такой же отличный мореход, как и журналист. Сен-Сетье от «Дофине либере», стриженный бобриком мускулистый человек, стоит за штурвалом. Он усердно несет свою вахту с самого первого дня плавания. Респектабельный Ален Ремон от агентства Франс Пресс спокоен и невозмутим. Он следит за всем таким же острым взглядом, какой был у сира де Жуэнвиля[51], когда он плыл на галеасе Людовика Святого в Египет. Мартина Баррер в джинсах и в рубашке с художественным тиснением показывает свои красивые зубы, улыбаясь морю цвета ее глаз; она представляет ежемесячный журнал «Ла Решерш». Американское телевидение все свои камеры нацелило на «Норуа». У ног двух репортеров кожаный мешок, в который беспорядочно свалены киноленты, запчасти и наполовину выпитая бутылка джину. Здесь также присутствует представитель отдела информации CNEXO Клод Бенуа, инициатор и руководитель путешествия «Бель-Эспуара».
Через несколько часов на палубе «Кнорра» один из американских офицеров ему скажет, искренне отказываясь верить в реальность этого черного судна, от которого так и веет романтикой, начиная от топов мачт и кончая рыжей бородой капитана:
— Well, Claude, you did it![52]
И подумать только, что никто из представителей NOAA не верил в успех этой экстравагантной экспедиции журналистов к берегам Азорских островов!
В настоящий момент Клод Бенуа наслаждается своим триумфом рядом с научным атташе при французском посольстве в Вашингтоне господином Бегри, также командированным на Азоры. Бенуа чрезвычайно беспокоило, как весь этот цвет международной прессы переживет бытовые «неудобства» на «Бель-Эспуаре». Блистательная грязь и только один водопроводный кран на всех пассажиров… Они очень просто могли взбунтоваться. Но, к счастью, тревоги Клода оказались необоснованными; конечно, не обошлось без некоторых жалоб и колких замечаний, но джин из запасов американских кинематографистов и сласти, приготовленные Ивонной, искоренили дурное расположение духа даже у самых привередливых членов этого современного Ноева ковчега.
Отражая положение дел в экспедиции «FAMOUS», журналистам сообщили, что у них есть шансы присутствовать при погружении «Сианы» 24 июля, что «Алвин» вышел из строя и на палубе «Лулу» держит путь в порт Понта-Делгада, что «Архимед» еще не окончил перезарядку батарей и опустится на дно лишь 26 июля.
Погружение «Сианы» в южную часть разлома, состоявшееся 24 июля, было примечательным во всех отношениях: двигатели наконец-то не выказывали ни малейшего признака усталости и она установила двойной рекорд — по продолжительности пребывания под водой (8,5 часа) и по протяженности пройденного вдоль дна пути (около 4 километров). Пилотировал ее Кьенци, аппаратурой ведал Леру, а наблюдение вел Шукрун.