— Один в поле не воин, — тихо сказала Зоя. — Что мы сможем сделать?
— Да что получится, — зло сказал Скрипач. — А ну-ка выше носы, не надо раскисать. Давайте так. Сперва поедим, потом вы к себе, а нам тут надо кое-что сделать…
— «Хоровод»? — спросила Зоя. Скрипач кивнул.
— Верно. Сходим в «Хоровод», а потом зайдем к вам. И Стаса с Варей тоже позовите. Думаю, сегодня нам придется прогуляться туда, к начальству.
— Но как? — спросила Зоя с испугом.
— Мы что-нибудь придумаем, — улыбнулся Скрипач.
В нужном коридоре снова никого не было; впрочем, после того, как коммуникаторы были сданы, корабль словно вымер — испуганные люди предпочитали сидеть в своих каютах, и без команды из них лишний раз не высовываться. Все работы, и по разбору завалов, и по ремонту, были остановлены, поэтому выходили в смены только те, кто дежурил, по графику. Ради интереса Ит и Скрипач заглянули в спортзал, и обнаружили, что даже там сегодня пусто — видимо, никто не рискнул идти тренироваться, чтобы лишний раз не попасться на глаза начальству.
— Быстро как-то, — заметил Скрипач, когда они шли вниз.
— Что быстро? — не понял Ит.
— Сдались они быстро, — объяснил Скрипач. — Практически мгновенно. Пораскинули, небось, рептильным мозгом, и сообразили, что высовываться себе дороже.
— Нам это только на руку, — пожал плечами Ит. — Меньше работы. Сейчас послушаем, что Лийга скажет, и будем решать, что делаем дальше.
— Ну да, — кивнул Скрипач. — Мне более чем интересно, что же именно она скажет. Потому что слишком много у меня появилось подозрений в последние дни.
Трасивер установили на прежнем месте, активировали, отошли. Лийга в этот раз ответила быстро, потому что, кажется, она ждала вызов, и была в этот раз к нему готова.
— Привет, Лий, — поздоровался Скрипач, когда изображение Лийги возникло перед ними. — Ну, что у тебя там нового получается?
— Полная труба, или как там правильно нужно говорить, — ответила Лийга. — Так. Во-первых, я нашла закон. Во-вторых, к вам идут два десанта, и это не наши десанты. В-третьих…
— Чего? — у Скрипача глаза полезли на лоб. — Лий, погоди, что ты говоришь такое, какие десанты, ты о чём вообще⁈
— Ты мне сказать дашь? — зло спросила Лийга. — В-третьих, по схеме с луной сейчас расскажу. Это рабочая модель, потому что за эту планету тут, оказывается, целое соревнование устроено. Значит, про луну…
— Лийга, не торопись, пожалуйста, — попросил Ит. — Давай по порядку, и сперва про десанты.
— Нет, сперва про луну, — возразила Лийга. — Официально команда «Велеса» сейчас является владельцем системы. В этом кластере такой закон: кто первый в систему зашел, тому она и принадлежит. Ну, если в системе нет своей разумной жизни, конечно. Планета до высадки считается «чистой», именно поэтому ваше командование и хочет увести корабль к луне. Чтобы, не дай мироздание, никто из вас к этой планете не прикоснулся. Да, да, да, это теория такая, о создании демиурга. Эгрегор, созданный с нуля, пусть и во внецикличном мире, дорогого стоит. Фантазии на тему Контроля, о чистом внутреннем боге. Потом объясню подробно. В общем, суть в том, что кто-то из вашего руководства затеял торговый обмен, именно поэтому в ход пошла такая схема.
— Ничего не понял, — признался Скрипач. — Лий, не всё сразу, объясни спокойно. Для начала — кто сюда идёт, и когда здесь кто-то будет?
— Идут два десанта, один рауф, другой нэгаши, — ответила Лийга. — Высокие тройки, почти четверки, то есть кое-что они уже умеют.
— Принадлежность? — спросил Ит, который уже начал что-то подозревать.
— Индиго. Обе цивилизации — Индиго, — подтвердила его опасения Лийга. — И обе, оказывается, были давно заинтересованы в этой области, и в этой планете в частности.
— Конклавы? — спросил Скрипач.
— Нэгаши да, точно знаю, рауф… скорее всего, тоже да, но мне нужно проверить. Они будут у вас… ммм… рауф должны дойти на примерно сутки быстрее, потому что идут бросками, нэгаши медленнее, но их втрое больше. Ориентировочно — четыре, пять дней. Но не исключено, что раньше.
— И как официальная это всё прощёлкала? — с раздражением спросил Скрипач. — Ну вот как, а?
— Элементарно, — хмыкнула Лийга. — До «Велеса» оба эти конклава молчали, как рыбы в аквариуме, но как только путь был открыт…