— Наполовину? Рыжий, какая половина, на четверть бы пройти, уже будет хорошо, — Ит задумался. — Давай так. Я пойду страдать, а ты возьми пока что любое задание из дополнительных, и прогуляйся в своё удовольствие.
— Если только «Чебурашку», — хмыкнул Скрипач. — Там до фига мини-квестов было, на один раз, мы и половину не сделали.
— Ну и вот, — удовлетворенно кивнул Ит. — А в следующий парный вход я отложу «Тень», и пройдем часть горы. Лучше бы, конечно, в команде, но можно и вдвоем.
— Сами справимся, — махнул рукой Скрипач. — Ладно, договорились. Ты только выйди сразу, как она отвяжется, потому что если мы задержимся, ужин придется есть холодным. А я хотел горячего чего-то. Ну хоть чего-то. А для горячего нужен народ.
— Хорошо, — кивнул Ит. — Ничего не имею против.
В самом начале они отнеслись к идее того, что для развлечения экипажа «Велеса» будет создана некая игра, с прохладцей, потому что от мира второго уровня они особенных достижения в этой области не ждали. Игр, созданных в аналогичных человеческих мирах, они видели немало, и решили, что «Хоровод», который разрабатывался специально для экспедиции «Велес», будет чем-то подобным, но при первом же входе их ждала неожиданность, которую Скрипач, подумав, определили всё-таки как приятную. Потому что «Хоровод» оказался вовсе не тем, что они предполагали.
— Какой срок полного прохождения они заявляют? Десять лет? — удивлению Скрипача не было предела. — Ну, дела. И ведь, кажется, это действительно так, судя по общему концепту. Я даже в Скивет на Окисте такого не видел, да, там есть длинные игры, но обычно они закладываются сперва года на три, а дальше как пойдет.
— Десять — это основные задания, — поправил Ит. — А там, если я правильно понимаю, есть еще уйма дополнительных. Лет пятнадцать в общей сложности можно играть, если не больше.
— Ага, — кивнул Скрипач. — В принципе, в этом есть смысл, потому что экспедиция долгая, а это вполне себе способ не сойти с ума. Неплохую симуляцию они построили.
— Неплохую? — переспросил Ит. — Я бы сказал, отличную. И детализация, и атмосфера, и природа — всё по высшему разряду.
— Только костюмы для витра у них дурацкие, — тут же нашел недостаток Скрипач. — Хотя для второго уровня… ну да, это я придираюсь, конечно.
— Нормальные костюмы, — махнул рукой Ит. — Сойдет. Перебьемся.
— Куда мы денемся, — согласился тогда Скрипач.
Точки входа в систему у всех игроков выглядели практически одинаково, с минимальными различиями, которые заключались лишь в незначительных деталях. Всегда была опушка летнего, солнечного леса, состоявшего преимущественно из светлых, нарядных берез и молодых елочек; опушка, вдоль которой шла узкая, почти неприметная тропинка, постепенно уходящая в лес, между стволов деревьев. Вела эта тропинка к почти одинаковым домикам, точнее, к небольшим, вросшим в землю избушкам, покрытым дранкой, с подслеповатыми маленькими окошками, и со всеми атрибутами, которые обычно представляет себе человек, когда его воображение рисует ему старинную избушку, стоящую на отшибе, в лесу. При домиках, разумеется, находились в обязательном порядке колодцы со студеной чистой водой, имелись жердяные изгороди, и были даже небольшие огородики, с непременной морковкой, петрушкой, и репой. Внутри самих домиков стояли деревянные столы, лавки, и, конечно, там были печи, беленые, чистые, и с полатями. При входе в «Хоровод» игрок, после обязательного приветствия системы, попадал внутрь такого домика, и уже оттуда начинал своё очередное путешествие или приключение. Чтобы добраться до точки сохранения, следовало выйти на улицу, в лес, пройти по тропе, и дойти до перекрестка, где располагались нужные указатели. Там же, на перекрестке, брались задания, либо можно было через потайной портал попасть в зону дополнительных квестов, правда, основные задания «Хоровода» были настолько обширными, что дополнительные квесты брали обычно только тогда, когда требовалось, например, подождать свою команду, или хотелось чего-то не совсем обычного, в стилистке, отличающейся от стиля «Хоровода».
Тот же «Чебурашка» оказался настолько неожиданным, кто Скрипач, решивший провести там вечерок, во время следующего входа затащил с собой Ита, такое сильное впечатление произвела на него локация. Это был тёмный, нуарный Питер середины двадцатого века; дожди, одиночество, таинственный сумрак дворов-колодцев; хмурые, неприветливые люди; торжественный и загадочный центр города, и неприглядные окраины. А уж образы… одна только старуха Шапокляк чего стоила. Экзальтированная, хитрая, худая, бледная женщина, после ряда квестов с её участием оказалась самой настоящей вражеской шпионкой, и в следующих квестах, пусть коротких, но более чем напряженных, предполагалось пусть и частичное, но раскрытие целой шпионской сети, которая прорастала сквозь город, как бледная поганка. Крокодил Гена и сам Чебурашка в этой игре были людьми. Первый — давно и глубоко во всём и во всех разочаровавшийся немолодой человек, добрый, но страшно одинокий, второй — провинциальный юноша, светлый, наивный, и восторженный, который ещё не успел пропитаться тоской и безнадегой окружавшего его города, и потому совершающий порой добрые поступки, граничащие едва ли не с глупостью. Игроку в этих квестах отводилась роль незримого помощника, который направлялся на помощь главным героям, вот только очень быстро выяснялось, что Шапокляк и её сообщники о возможности подобной помощи вполне себе предупреждены, и потому задания, казавшиеся на первый взгляд несложными, быстро обрастали деталями и подробностями, разобраться с которыми оказывалось делом отнюдь не простым.