— Вот именно, — кивнул Данил. — Сопереживать там некому, думать толком тоже не о чем. Ни морали, ни нравственного роста, или как там было правильно. У меня лично никто не вызывает сочувствия. Ни правитель, ни Тень.
— А у меня вызывают сочувствие другие игроки, которые застряли в этом квесте, — вмешалась Аня. — Вот уж кого мне точно жаль, так это их. Ну и себя, потому что я тоже застряла.
— Эта сказка призвана научить нас ненависти, — засмеялся Данил. — К плохим сказкам, как минимум. Может такое быть?
— Почему нет? — усмехнулся Ит. — Вполне себе вариант.
— Если серьезно, то я на самом деле думал немного о другом, — сказал вдруг Данила. — Понимаете, ребята, истории, равно как и технологии, формируются и создаются тогда, когда у общества есть на них запрос. За примером далеко ходить не буду. «Хоровод» — это как раз результат сформированного запроса. Для чего он нужен? Для того чтобы мы могли отдохнуть, развеяться, справиться со стрессом. Верно? Ну и вот. И всё, что находится в пространстве «Хоровода», направленно на отдых и приятное времяпрепровождение. Да, нам показывают сказки, знакомые нам с детства, да, они усложнены и превращены в игры, всё верно, но ведь и в «Хоровод» мы ходим не учиться, а отдыхать, заново открывать старое, и получать удовольствие от игры. Но эта сказка… — он покачал головой. — Она совершенно иная.
— Согласен, — кивнул Ит. — Ты прав, Данил. Я тоже думал о чём-то подобном, но ты сформулировал правильнее, чем я. Ни у кого из нас не могло появиться такого запроса.
— Какого? — нахмурилась Аня.
— Если бы я знал, — пожал плечами Ит. — Дань, может, ты до чего-то додумался?
— Кое-какие мысли на этот счет у меня были, — Данил понизил голос. — Сказка… учит. Причем против воли. Она именно учит, но совершенно непонятно, чему именно.
— Не обижать конкурентов, — подсказала Варя.
— Да как же, — хмыкнула Аня. — Правитель вон обидел, и ничего ему за этого не было. Значит, можно.
— Чтобы рядом с тобой висел какой-то человек, и на тебя пялился? Вот спасибо, не надо, — Варя с укором посмотрела на подругу. — Мораль, что убивать нехорошо, это вполне разумная мораль для сказки.
— Но учить нас этому явно не требуется, — справедливо заметил Данил. — Мы, кажется, об этом с самого детства знаем. Разве нет?
— Ну, это смотря кого, — сказала Варя. — Врагов надо убивать. Или ты, или тебя. Забыл?
— Ты здесь видишь врагов? — спросил Данил.
— А на планете? — с вызовом спросила в ответ Варя. — Вдруг на планете будут какие-то враги? Вот сказка и сделана для того, чтобы мы не расслаблялись.
— В сказке правитель убил конкурента, — напомнил Ит. — Варь, с какого бока тут планета и враги? Ерунду какую-то говоришь, вот честно. И потом, разумной жизни на планете нет. Про это нам отдельно рассказывали, если ты помнишь, и всё обосновали. Так что там врагами могут быть максимум какие-нибудь местные червяки, или что-то вроде того.
— Червяки размером с дом, — Варя зябко поёжилась. — Хотя вообще да, ты прав. Ну, что планета тут явно ни при чём. Не сходится.
— В том и дело, что не сходится, — покивал Данил. — Ни у кого из нас нет запроса на такую сказку. Ну или на историю.
— Димка сказал, что это сбой, — заметил Ит. — И что его исправят.
— Сбой? — повернулся к нему Данил. — Ты сам в это веришь, Игорь? Это что угодно, только не сбой. Не нужно обманывать самого себя.
— Я просто повторил то, что мне сказали, — ответил Ит.
— Зря, — покачал головой Данил. — Надо думать своей головой.
Обратно, в свою каюту, Ит решил вернуться кружным путём, через внешнюю часть яруса, на котором они жили. «Велес» был огромным кораблем, но завоздушенных зон на нем было не так уж и много, и сейчас Ит находился в одной из самых больших в их четверти жилой зоне. Ит шел, не торопясь, постепенно замедляя шаг, и, дойдя до иллюминатора, небольшого, укрепленного, остановился. Он чувствовал, что к нему, помимо воли, возвращается то, что он столь тщательно подавлял в себе все эти годы. Он ощущал, что подкрадываются всё ближе и страх, и нетерпение, и усталость, и, что самое скверное, понимание того, что Данил произнес вслух то, о чём он, Ит, старался не вспоминать. «Думай своей головой». Действительно, зря. Зря и он, Ит, и Скрипач считали, что люди, которых старательно отучали думать своей головой, потеряли эту способность, и могут лишь слепо подчиняться чужим приказам. Данил, например, всё отлично понимает. И то, что случай с двигателем — нечто из ряда вон выходящее, и никакие инженеры или техники ничего с ним не делали. И то, что сказка, которая, кажется, не сказка вовсе, является ответом на запрос, о котором нельзя говорить вслух, но можно — думать. Именно что своей головой. К Данилу, скорее всего, придется присмотреться. Парень отнюдь не прост, и совсем не таков, каким пытается казаться. Интересно, что Данил думает (исключительно своей головой, разумеется) о миссии, и о планете, которую сейчас можно видеть в этот самый иллюминатор? Хочет ли Данил попасть вниз, туда, куда они, по сути дела, шли два с половиной года? Чего он ждёт от миссии? Есть ли у него какие-то планы и надежды? И, что тоже очень интересно, боится ли он, и если боится, то чего именно?