— Которая чего? Или которая кто? — шепотом спросил Скрипач. — Которая смерть, или которая авария?
Ит незаметно ткнул Скрипача кулаком в бок — заткнись, мол. Скрипач в ответ зло на него глянул, и шепнул:
— Я просто хотел разрядить обстановку.
— Для кого ты этого хотел? Нас тут в каюте только двое. Заткнись, и дай послушать.
— … есть основания полагать, что подобные происшествия могут повторяться, — продолжал Шестопалов. — «Велес» подвергся разрушительному воздействию от взрыва реактора номер четыре, и оборудование начинает постепенно выходить из строя. Происшедшая трагедия тому примером. Руководящий состав «Велеса», под началом нашего уважаемого Никифора Всеславовича Тугаринова, готовится в скором времени огласить единственно верное решение, которое требуется для спасения корабля и команды. В настоящее время проводится дополнительное расследование причины поломки оборудования, о результатах которого будет сообщено отдельно. О похоронах безвременно трагически погибшей Анны Ветлугиной будет сообщено завтра. Вы сможете отдать ей дань уважения, и проводить в последний путь. И пусть её гибель послужит нам предостережением. Не нарушайте правила безопасности, соблюдайте осторожность, придерживайтесь расписания работ, и сохраняйте спокойствие. Судьба корабля находится в надежных руках. Всего наилучшего.
— Шикарно, — заключил Скрипач. — Это просто шикарно. Они подтянули под версию о взрыве это убийство, и картинка у них прекрасным образом сложилась. Ведь не придерешься, ну ни к чему. Вообще.
— Разве что к состоянию тела, — напомнил Ит.
— От которого они завтра избавятся, — развел руками Скрипач. — И у нас на самом деле остается четыре незаинтересованных человека, которые будут знать, что с ней на самом деле случилось.
— И двое из них — мы с тобой, — Ит безнадежно вздохнул. — То есть, по сути, остаются только девчонки. Которых никто не станет даже слушать, и не позволит говорить, потому что рот им закроет тот же Данил. Или мы, просто потому что за них сейчас страшно.
— Именно, — Скрипач покачал головой. — А лихо они это придумали.
— Они — это кто? — спросил Ит. — Руководство? У меня есть подозрение, что ничего другого им не оставалось. Сам посуди. Вышел бы тот же Шестопалов, и сказал правду. Так и так, ребята, у нас тут разгуливает убийца, который расправился с девушкой, и в мы в душе не знаем, кто это, и зачем он это сделал. Результатом такого заявления будет паника. И паранойя. Все и так устали, всем тяжело, а тут еще и фактор страха прибавится. Так что с точки зрения сохранения спокойствия на корабле они поступили правильно. Однако есть ещё момент, о котором они, кажется, не подумали. Или пренебрегли им сознательно.
— Это какой? — спросил Скрипач.
— Она была первой. Но точно не последней, уж кто, а ты это отлично понимаешь, — сказал Ит тихо. — Этот некто будет убивать и дальше. А ещё она знала что-то, точнее, поняла что-то. Она не просто не спала, рыжий, вот клянусь чем хочешь. Был ещё какой-то фактор, я более чем уверен в этом.
— В таком случае надо быстро разобраться, что это такое, — предложил Скрипач. — Будем расследовать, нам с тобой не привыкать к таким делам.
— Давай тогда пробежимся по тому, что нам известно, — предложил Ит. — Первое. Ситуация с аварией, которую выдают за взрыв, которого на самом деле не было. Второе. Отсечка любых попыток прояснить происходящее. Третье. Физическое уничтожение тех, кто может о чем-то догадываться.
— Четвертое. Воздействие, которое произведено на весь экипаж, — напомнил Скрипач. Ит согласно кивнул.
— Пятое. Некий план, который нам пока не озвучили, — продолжил Ит. — Шестое. Непонятная необходимость сохранить корабль и команду, по крайней мере, на данном этапе.
— Салат «оливье», — констатировал Скрипач.
— Самое точное определение, — согласился Ит.
— Ну а как же. Так, с этим понятно. С линией нашего поведения, думаю, тоже понятно, — сказал Скрипач.
— Линия поведения для нас возможна только одна. Соглашаемся со всем, что говорят, и наблюдаем за всеми, за кем получится, — справедливо заметил Ит. — Да, с Данилой и девчонками придется вести себя иначе, но…
— Я за них боюсь, — Скрипач помрачнел. — Как бы они не подставились. И Данил, и девушки точно не спят, ну, по крайней мере, они осознают сам факт обмана, а это, как ты можешь догадаться, опасно. Как бы им тонко намекнуть, чтобы поменьше болтали?