Я с трудом сохраняю самообладание.
– Она знает картофельного папу.
– Уверен, это обычный торгаш, продавец картошки. Может, стоит повторить эксперимент и перепроверить данные?
– При повторном эксперименте на том же человеке риски возрастают, – повторяю я ему в десятый раз.
Звонит телефон Адьяна.
– Да. Да. Так. Неужели?! Конечно, пришлите всю переписку!
Кладёт трубку.
– Мой знакомый хакер взломал почту Беллы, и там переписка с вашей женой. Виноват, неправ был.
18
Наблюдаю за тобой внимательнее обычного. Когда я подключаюсь, ты идёшь пешком через небольшую аллею. Сильный ветер свистит в микрофон. По движениям камеры угадываю, что ты ёжишься. Идёшь неуверенно, мечешься из стороны в сторону. Несколько раз спрашиваешь прохожих дорогу. Наконец, вроде бы находишь. Замедляешь шаг. Входишь в подъезд трёхэтажного здания. Что-то сверяешь по бумажке. Находишь дверь с надписью «3» и нерешительно стучишься. Перед тобой доброжелательный усатый человек. Он внимательно смотрит на тебя чёрными умными глазами. Пётр – представляется он. После чего машинально начинает тебя допрашивать. Я плохо понимаю, к чему его вопросы.
– Кем вы видите себя через десять лет?
– Ээээ... Успешным переводчиком.
– Что для вас главное в людях?
– Ум.
Ответы слушает рассеянно, отчего мне кажется, что я нахожусь на спектакле. Наконец он говорит:
– Скажу Вам честно, я в первый в этой роли. И итальянского я не знаю. Давайте сделаем так: Вы побеседуете по-итальянски по скайпу с женой гендиректора, Ларисой, и она всё решит.
После чего ты около десяти минут говоришь по-итальянски с этой самой Ларисой на какие-то бытовые темы. Я всё ещё силюсь понять, что происходит. Пётр просит тебя выйти, чтоб поговорить с Ларисой наедине. Ты уныло бродишь по коридору. Потом он приглашает тебя обратно.
– Итак. Я должен кое-что объяснить. Не всё так просто. Садитесь.
Ты глубоко вздыхаешь. Нервно сглатываешь.
– Как вы уже знаете, мы занимаемся поставкой заводского оборудования из Италии. Наш отдел занимается оборудованием для заводов-производителей алкоголя. Вы пьёте?
– Немного, – отвечаешь ты.
– Хм.
Твоё сердце начинает биться чаще. Ну да, пьющих не вербуют.
– Наш начальник – итальянец, ну Вы уже говорили с его женой. Очень скоро Вы с ним познакомитесь, он приедет с группой итальянцев, они будут налаживать оборудование, а он связи, – Пётр хитро подмигнул, – Поэтому Вы нам нужны срочно.
"Что за связи будет налаживать начальник. Выяснить" – записываю я в блокнот.
Он с минуту помолчал, перелистывая в свою толстую папку.
– Ждём Вас завтра в 9.00.
Ты не торопясь идёшь по аллее среди больших деревьев. Потом я вижу, как ты покупаешь еду и цветной платок на шею.
Ребята Адьяна очень шустрые, и вскоре на моём столе лежит досье на этого Петра: "Пётр Николаевич Попов, 1976 года рождения. Начинал свою карьеру мелким чиновником, а вырос до начальника отдела. Холост, детей нет. Десять лет добивался одной женщины, в итоге женился на ней, но она сбежала через год. Он продолжает её искать. Учился на вечернем отделении экономического факультета". Эти сведения мне ни о чём не говорят. Прошу Адьяна разузнать про президента компании и те сапоги, что вваливались к тебе в квартиру и говорили скрипучим голосом.
19
Ты идёшь под тёмно-розовым московским небом, которое никогда не темнеет до конца, под чёрными загадочными говорящими деревьями. Ты разговариваешь с кем-то. Временами я вижу твою собеседницу. Это высокая худая девушка с тёмным каре, меткими спортивными движениями. Из обрывков разговора я плохо понимаю, о чём речь. Вы входите в помещение, которое выглядит как дешёвая закусочная, усаживаетесь за столик, заказываете себе вино.
– За твою новую работу! – говорит твоя подруга.