— Скотт! — всё же отреагировал на произошедшее Айсмен.
Но реакция Локи была мгновенной — он кинул в Бобби ещё один кинжал. Обычная тактика для него, отработанная за десятки вылазок за пределы Асгарда. Но на этот раз она дала осечку: мутант с Фимбулвинтер не умер от попавшего в глаз кинжала, который ещё энергетическим лезвием пробил голову насквозь. Более того, ему даже не было больно. Лёд не может умереть и не чувствует физическую боль…
А вот эмоциональную ещё как. Айсмен просто взорвался потоком холода и льда. Локи, конечно же, йотун, пусть внешне и выглядящий как ас, но даже для него сила сокровища ледяных великанов была чрезмерной. Приёмного сына Одина обожгло холодом, чего он не чувствовал никогда за свою жизнь, даже на замёрзших планетах или во время редких посещений Йотунхейма — тогда холод был приятным и будто бы ластился к богу обмана. Эта сила заковала Локи в гигантскую ледяную тюрьму, которую не смогла разрушить ни сила йотуна, ни даже божественная сила. Но вместе с созданием ледяной тюрьмы были заморожены множество домов, и, можно сказать, «повезло», что все их жители уже сбежали или погибли, так что никто не умер.
— Скотт? — послышался голос от поднявшейся к месту событий Джин Грей, живот которой всё ещё кровоточил. — Нет, нет, нет, нет!
Девушка совершила воздушный рывок к своему парню и она обняла его, пытаясь услышать удары сердца или почувствовать их побледневшими пальцами. Да, она почувствовала его смерть через телепатию, но сознание отказывалось в это верить. Она не воспринимала смерти остальных людей так, ведь для неё они были чужими, а в какой-то момент стали просто цифрами, но смерть Скотта прорвала барьер. Время для девушки будто замедлилось, растягивая момент осознания на часы, а вместе с этим треснул барьер, сдерживающий слишком большую для Джин силу. От неё хлынула волна отчаяния. Все обычные люди вспомнили момент, когда потеряли кого-то близкого, когда-то давно или менее час назад, и сами неосознанно стали подпитывать отчаяние мутанта. Замкнутый круг бесконечного отчаяния. Лишь люди с крепкой волей или отличным от человеческого разума сохранили самообладание.
Одним из не впавших в отчаяние оказался Айсмен, хотя краем сознания и заметил влияние. Он заметил, что на поясе Джин всё ещё висит её браслет-подавитель. Один из тех, что Хэнк Маккой сделал после нападения на школу, и которые применялись для подавления нестабильных сил. Непонятным для себя образом Бобби не взял браслет рукой, а вырастил на его поверхности тонкий слой льда, который взял под контроль и нацепил на руку Джин, заодно активируя нажатием кнопки. В этот момент все люди Нью-Йорка почувствовали «облегчение» — у них осталось только собственное отчаяние…
Мстители прибыли к месту временного заключения Локи спустя несколько минут, когда Айсмен уже потащил Джин с телом их соратника, которое девушка не хотела отпускать в больницу. Состав «Величайших героев Земли» был не полный — Соколиный глаз отсутствовал. Пока все думали, как доставать бога обмана из льда, Халк начал крушить. Но даже ему было трудновато — удары, каждый из которых был способен раскрошить асфальт или смять машину, с трудом повреждали лёд, созданный из смеси сил мутанта и мощи Фимбулвинтера.
— Он должен умереть, — сказал Кратос, смотря на бога обмана.
— Нет, — положил руку на плечо соратника Тор. — Я понимаю, ты злишься, но нельзя.
— И почему же? — непонимающе посмотрел на бога грома Старк. — У него что, дипломатический иммунитет? Прекрасно. Адрес посольства Асгарда где-то рядом? У меня жалоб вагон, и я даже готов лично их заполнить.
— Ситуация другая, — отрицающе кивнул громовержец. — Локи — сын Одина, пусть и приёмный, а отец в последние годы просто за попытку нападения на своих детей отправляет нападавших в тюрьму, и я не знаю, что он сделает с тем, кто убьёт одного из нас. Хотя при этом старается быть миролюбивым… — нахмурился Одинсон.
— То есть, если верить мифам, — Тони сделал классический фэйспалм. — Покровитель Земли — непоследовательный старик, который не может уследить за своим сыном, и который забыл выставить охрану вокруг вашего основного средства быстрого перемещения? А него случайно не деменция?
— Хеймдаль, пожалуйста, не передавай этот разговор отцу, — сказал будто в никуда Тор. — Я не знаю, что с ним. Он в последние десятилетия сильно изменился. Стал более миролюбивым, старается решать конфликты разговорами, но в вопросе семьи он очень жесток и бескомпромиссен. Ещё назвал себя моим истинным наследником.
— Слушай, а может он?… — Старк хотел задать важный вопрос, но особо сильный удар Халка, расколовший ледяную тюрьму и частично освободивший Локи.