Потёрла лоб. Гнев заполнял внутренности. Вот же ублюдок... Это уже против правил бить в спину.
— Ты откуда знаешь?
Отвечать не собирается, рассматривает, глаза светятся. Ах, вот так значит!
— Ты возвращаешь меня в прошлое на много лет назад, тайные, запретные встречи, дикие эмоции...
— Не надо, — обрывает его.
Вот только сейчас не надо ей поэм и признаний. Играют они все вокруг неё.
— Алекса, — смотрит прямо в глаза, — хотел чтобы соскучилась, сама позвонила или хотя бы написала. Теперь знаю, тебе нельзя давать времени одуматься.
По взгляду понимает, не желает отпускать, глаза мужчины так и сползают к обнажённым коленкам, руки тянутся одёрнуть платье, да толку, дело бесполезное. С дуру напялила же.
— Вечером увидимся?
— Не думаю.
От эмоций внутри кожу печёт снаружи, душно. Щёки кажется уже красные.
— Когда?
— Завтра, — выпалила первое, что пришло в голову.
И выскочила из машины. На встречу как раз шёл Степан со стаканом кофе. Обежала здание и прямиком в кафетерий.
— Алекса, — подскочила Вика, — я уже выпила два кофе, съела два пироженных. Ну что?
Пряча глаза девчонка прихватила со стула сумку.
— Поехали.
— Ты чего такая? Рассказывай.
— Потом, — голос буквально дрожит от гнева.
Тимур чернее тучи ожидает в машине. Но везёт куда и указал Уимберг. Вику на входе в обитель Нестеровых ждёт Павел и сразу забирает. Алекса одна входит в здание. Усевшись в зоне отдыха на удобный диванчик уставилась на телефон. Теперь картинка сложилась, она на контроле у Андрея. Он знает, где она. Вспомнились параноические мысли летом, когда сменила телефон и симку у Мишки взяла. Совсем она не параноик, правильно сделала. Злоба бурлит с чудовищной силой, обида душит. Никому нельзя верить, никому.
Уже несколько часов как сидит никем незамеченная. Успела поостыть слегка. Переосмыслить разговор с Грановским и своё отношение к нему.
Рядом усаживаются две девушки.
— Да я видела...
— Вчера его не было.
— А сегодня здесь!
Алекса усмехнулась, осмотрев гламурных, длинногих девиц. Уткнулась в журнал, прикрывая им лицо.
— Какая у него задница... А кубики на прессе ночами снятся.
— Я их даже трогала...
— В смысле!
— Как-то столкнулись случайно, он такой огромный, и потрясающе пахнет... А голос пробирает до костей.
— Так уж и случайно.
Алекса закатила глаза к потолку и не сдержалась улыбнулась. Больные фанатки. Нестерова что ли обсуждают. Ох, Димка, Димка. Спряталась за журналом.
— Идёт!
— Я же говорила, он здесь!
Оживились поклонницы мужской красоты, вытягивая ноги в коротких шортах и поправляя волосы. Опустила журнал и хотела уже напакостить девицам, как перед глазами предстал совсем не Нестеров, а не кто иной, как брюнет. И как же она сразу не догадалась! Звезда Богдан. Поспешно спряталась пока не заметил.
Окинул взглядом девиц и уже выходя резко обернулся, Алекса почувствовала тепло по ногам, щёки полыхнули. Заметил, неужели узнал. Так смотреть умеет только он, ну почти. Узнал или нет, но не остановился. Рядом охали и ахали, как он посмотрел, как он шёл и как дышал, да какие у него губы... Капризные. Добавила от себя. Отбросила журнал и развернулась к девушкам, придвигаясь ближе.
— Девочки, зря убиваетесь по нему.
Обе мигом уставились на неё.
— Он... Он по мальчикам. Ну вы меня понимаете, — понизила голос до шёпота. — Только никому, это тайна.
— Тебе-то откуда знать? — фыркнула одна из воздыхательниц, осматривая придирчивым взглядом.
— Я, Димка и Богдан, лучшие друзья с детства. Мне то не знать, кто там ему на самом деле нравится.
— Да ну, у него вроде и девушка есть говорят, — не поверила вторая.
Алекса вздохнула картинно, состряпала печальные глазки.
— Сестра это его, двоюрная. Я и сама когда-то была влюблена в него по уши, ревела, пока Димка не рассказал, что зря убиваюсь, не интересуют его девушки.
— Димка? Это хозяин? — обвела глазами помещение. — Нестеров?
— Ну, а кто же ещё, он самый.
— Алекса? — раздался удивлённый голос Нестерова младшего.