– Он мне не брат, – поднялся и смахнул с плеча пыль парень. Он холодно взглянул на Спектру и ухмыльнулся.
– Ты… – угрожающе приблизился к лицу Шедоува блондин, снимая перчатку, тем самым оголяя когти на руке. – Мне некогда с тобой тут нянчиться! Показывай дорогу к больнице! И можешь быть свободен, мне плевать на тебя.
Шедоув положил руки на бока и усмехнулся.
– Ладно, покажу. Чего уж там.
– Быстро!
Сара аккуратно выглянула в коридор, где собачились эти двое. Шедоув это заметил и перевёл взгляд на неё.
– О, запеканка пришла. Ты ещё живая, ух ты!
– Заткнись! – недовольно воскликнула девушка.
– Не стоит злиться, девочка моя, мы же так давно не виделись.
– Закрой рот и веди нас, урод! – прорычал Спектра.
– Да ладно, ладно. Чего сразу оскорблять-то?
Спектра бежал за Шедоувом как можно скорее, ведь дорога была каждая минута. Поэтому, схватив Сару за руку, блондин спешил за «экскурсоводом» в кожаной чёрной куртке…
Большое серое здание. Огромное количество скопления чёрных птиц, как в мире людей, так и в животном. Здесь даже солнца не было видно. Серые тучи нависли над зданием и в паре километров от него. Да, здесь был лес, совсем рядом, но там, где не было деревьев, земля была серой и это был не асфальт. Земля была пропитана кровью, химическим составами, различными средствами, слезами пациентов и их родственников. Земля сама хотела плакать, глядя на зверствования людей. Она понимала, что осквернена всеми ужасными качествами людей, но ничего не могла поделать. Люди сами убивали её, как убивают понемногу и себя. И когда в человеке умирает человечность, на свет выходит монстр. Имя этому монстру в лице человека – Клэй Кидман. Сейчас он шёл в своем белом халатике по коридору, прижимая кучу бумаг. Было слышно крики из многих лабораторий, но никто не обращал на них внимания. Здесь люди решили, что они заслуживают жить больше, чем те на операционном столе. Как жаль, что даже в настоящем мире всё так и происходит…
Спектра, Шедоув и Сара смотрели на это жуткое строение из-за деревьев.
– Нужно идти сейчас. Иначе мы можем опоздать, – поднялся Спектра. Но Шедоув усадил того обратно, держа за плечо.
– Погоди-ка, ты это своей подружке говоришь или мне? Потому что я
отказываюсь туда идти. Я сделал то, что ты просил. Всё. Я свободен, как ветер.
– Ты даже не поможешь? Он ведь такой же, как и ты!
– Нет. Я не собираюсь идти туда и рисковать своей жизнью. Что и тебе не советую. Он сам виноват. Ты его предупреждал.
– Какой же ты урод! Сара, идём. Обойдёмся без этого щенка! – сказал Спектра, сделав пару шагов в сторону больницы.
– Ты за языком-то следи, – холодно ответил Шедоув. Спектра остановился.
– И что же ты мне сделаешь, придурок?! Я почти вырастил тебя и что же я получаю взамен?!
– Лучше закрой рот и проваливай. Я больше не хочу с тобой говорить.
– Что?! Что ты сказал? Ты! Никчёмный, неблагодарный щенок! – Спектра уже злобно начал двигаться на Шедоува, но Сара пыталась его остановить. Её обе руки уперлись блондину в плечи, но тот продолжал идти.
– Спектра, прекрати! У нас нет времени на это! – толкнула Вингрет парня. Тот бросил ещё один хмурый взгляд на Шедоува и пошёл к больнице.
«Когда-нибудь я сниму с него кожу и буду продавать её как ковры. А органы продам на чёрном рынке! Даже это будет милосердно, если я не отправлю его обратно в эту чёртову лабораторию!»
Проникнуть в больницу оказалось подозрительно просто. Охраны было мало. Сара ссылалась на то, что вся охрана сейчас там, где Волт, но Спектра не мог думать, что это так. Он ведь знал, что сюрпризы его будут поджидать там, где не ждёшь.
Они вдвоём спустились на нижние этажи, где проводились эксперименты. Спектра хорошо помнил эти крики о помощи. Идти здесь сейчас было невыносимо, ведь ностальгия витала везде. Хоть блондин особо и не ходил по коридорам, но он помнил свой первый побег. Его фактически спасла мать, но увы она умерла, и сейчас Спектра был готов мстить за Волта, как за родного сына.
«Если с ним хоть что-нибудь случилось, я подорву эту больницу, и они все умрут! Я не позволю им умереть, как умирают обычные люди! Они будут гореть, задыхаться в дыму, но умрут!»
Спектра знал, что самая страшная и болезненная смерть – смерть от ожогов. Поэтому он уже продумывал план, как будет на вертеле жарить врачей и военных…
Сара резко затормозила, и Спектра вместе с ней. Потом он аккуратно выглянул в коридор. Там шёл лейтенант, что было ясно по его погонам. Звёздочки ярко отражались от лампы на потолке. Он ходил по коридору от конца до конца.
«Видимо здесь они его держат, сволочи!»– подумал блондин с ухмылкой на лице.