Четыре дня назад величество, в полном соответствии с правилами наследования, утвердило нового герцога Ноторского. Им, как и ожидалось, стал виконт. Он сразу же разослал благую весть всем своим графьям и прочим личным вассалам, пара маркизов и три барона тоже затесались. А сегодня все они собрались в герцогском замке. Будут приносить присягу, жаловаться друг на друга, дарить подарки и подавать челобитные. Ну и решать, как отомстить за бесчестное и возмутительное в своей безнаказанности убийство прежнего герцога. Эта часть мне наиболее интересна, но она идёт в повестке дня последней.
Пришлось терпеть до позднего вечера. У городских жителей заслуженное воскресенье, но в деревне оно служит только для напоминаний о ярмарке, работы много. Помогли хозяйке по дому, подмели двор, убрались в хлеву, пока коровка гуляла. Воду натаскали, дрова порубили, вскопали небольшой огородик, соток шесть. И всё ручками, без всякой магии. Потому что здесь мы крестьянские сироты, да и просто полезно. Мия, правда, ужасно замаялась, но мужественно держалась до последнего, до копания огорода. И ведь всё равно, пошатываясь, пыталась деревянной лопатой сковырнуть землю. Это тоже мой коварный план, ночью она должна крепко спать без всяких воздействий с моей стороны. Потому что зареклась. А хозяюшка не могла с нас нарадоваться. Добрая и отзывчивая женщина, очень жалко, что одинокая. Сельчане заглядывают к ней, гостинцы приносят. Но не очень часто. Не знаю, чем помочь. Денег ей не надо, почти всё своё. Так бы лет жизни добавила, но тогда дольше одна будет, одинокая старость придёт так или иначе, дольше продлится. А если добавить много лет, то слишком явно помолодеет, деревенские не поймут, суеверные. Начнут сторониться и подозревать во всём плохом, что ни произойдёт в округе. А то и до города доползут слухи о её ведьмачестве. Здоровье ночью поправлю, вот. Ничего болеть не будет.
Время пришло. И Мия, и хозяйка спят, а в замке сидящий на герцогском троне бывший виконт минуту назад заявил: - А теперь, дорогие друзья, мы должны обсудить важный вопрос. Вам всем известно, что моего отца подло убили. В ментале дослушивать не стала, сразу перенеслась в большой зал приёмов. Живьём поприсутствую. Слово уже держал один из графов, выражал горячую поддержку планам окончательно свести род Волков, пообещал выделить пять десятков опытных воинов. Смешно, нас осталось-то пятеро. Я с сестрой, младший брат отца, его жена и их единственный ребёнок, мальчик. Была ещё старшая девочка, но умерла. Странная болезнь, целители помочь не смогли. Потом гляну, подозрительная смерть. Остальные выступали в подобном же смысле. Истребить, уничтожить, стереть с лица земли, ликвидировать, покончить, разделаться с выродками, и тому подобное. И все выделяли ресурсы под это угодное богам дело. Кто деньги, кто солдат, кто мага. Один особо нищий барон пообещал прислать обоих сыновей, прокатило на ура. Присутствующий писарь всё тщательно фиксировал. Молодой сюзерен с доброй улыбкой поблагодарил своих верных вассалов за столь ревностное следование его интересам. И попросил скрепить подписью все принятые на себя обязательства. Не совсем дурак, в отличии от наивной меня. Понимает, что слова забудутся, а договор останется. И круговая порука опять же, проболтаться никто не посмеет, родовая месть уже 300 лет как вне закона. Но это означает и полное отсутствие правил тоже. Какие там общественные места, смешно.
В заключение герцог пообещал, что благодаря помощи своих дорогих вассалов он за пару месяцев навсегда решит эту досадную проблемку. И тут же пригласил всех принять участие в скромной трапезе, на которой юные девы будут прислуживать благородным и отважным воинам. Ну, в этом смысле, примерно, речь была длинной и высокопарной.
Вот и всё, собственно, вопросов не осталось. До утра герцог и его младший брат, тоже присутствовавший на этом сборище, не доживут. Младшему всего пятнадцать, но вырастет таким же, сомнений нет. Клану Волков, его жалким остаткам, нужен шанс, и я его обеспечу. Что делать с вассалами, ещё не решила. Пьянствовать и обжираться они будут часа три-четыре, время подумать есть.