Ночью дождалась, пока сам уснёт. Большой дом в столице, у офицера оказалась далеко не бедная семья. Вставать жутко неохота, так бы и уснула радом с ним. Но пора линять. Всё равно пошалила, сунула ему в кошель золотую монету в качестве благодарности. Глупо, но захотелось. Пусть узнает, что мне с ним было действительно хорошо, и пошла я с ним не ради денег. Сразу вернулась в свой номер, надо принять ванну и успеть выспаться. Завтра с утра опять в академию, хнык. Дурака сваляла, нафига она мне? Глупая трата времени, скорее всего.
Понедельник прошёл спокойно, локальный центр вселенной меня не тревожил, Ярон тоже на глаза не показывался, занят своим новым увлечением. Но во вторник после занятий у ворот академии я увидела того самого офицера, о котором уже благополучно забыла. И он явно кого-то высматривал. Про себя я ему ничего не рассказывала, зачем он здесь? Может, у него девушка тут учится. Или друга дожидается. Понадеялась, что пронесёт. Ошиблась. - Гинья! – окликнул. И двинулся в моём направлении. Специально же обходила подальше! Как узнал? Наверно, фасон и цвет платьев следует изредка менять. Особенно, когда на съёмки выхожу. Мда. Вздохнула и обернулась к нему. Радость изображать неохота, нашла, как его зовут, и сочинила удивлённое лицо. - Лурс? Что ты здесь делаешь? - Гуляю, случайно тебя увидел. Торопишься? Если скажу, что тороплюсь, то обидится, чувствую. А обижать не хотелось. - Нет, домой иду. - Я тебя провожу, разрешишь? – немного напряжённо. Вместо ответа взяла его под руку и потянула за собой. Немного прошлись, поболтали, и я успокоилась. Никаких упрёков и обвинений не будет. Просто захотел встретиться. В этот раз скрывать уже нечего, немного рассказала о своей легендированной жизни. А он о том, как огорчился, проснувшись и не найдя меня рядом. Это, конечно, не упрёк, но почувствовала себя неловко. Объяснила, что дома лежали важные записи, а с утра я должна была с ними идти в академию. Иначе не успевала, никак. - Я завтра уезжаю в часть – сообщил вдруг – Готовится наступление. «И я могу погибнуть», поняла недосказанное. Удивительно, почему богатая семья не сумела отмазать отпрыска от армии. Внимательно посмотрела на него, прикинула. Да. - Я вечером зайду к тебе? – сама предложила. - Почему вечером? Пошли сейчас, я познакомлю тебя с родственниками. Глупость какая. - У вас наверняка будет ужин в тесном семейном кругу. Я там зачем? Хочешь всех шокировать? Ближе к ночи встретишь меня с чёрного хода, проскользну незаметно. - Я уже всё продумал – убеждённо - Мы сейчас купим тебе приличное платье, и я представлю тебя как инкогнито из закрытого пансиона, Гинья Беглая. Все решат, что это псевдоним и вопросов задавать не будут. Жутко наивный юноша. «Сейчас купим приличное платье». Ха-ха-ха. Но для меня решаемо. Не очень удобно, правда. В смысле, перед его семьёй. Как они на меня смотреть будут? - Разве это прилично, если я останусь ночевать в твоей комнате? - Это моя последняя ночь дома, в нужный момент все отвернутся. Освящённая веками традиция. Гинья, пожалуйста – вздохнул, грустно помолчал и добавил - Я уже сообщил, что буду не один. Ах вот оно в чём дело. Подружки самопожертвенной у него не оказалось, для презентации гостям и родственникам. Странно, вроде, завидный жених. Если в живых останется, конечно. Вздохнула. Пожалуй, надо соглашаться. Пусть смотрят на меня, как хотят. Парень хороший, сделаю это ради него.
Глава 6
Глава 6
Платье я выбирала долго и придирчиво. Их аристократическая мода мне не очень нравилась, всякие банты на спине, рюшечки, где попало, совершенно излишние кружева. Как у великовозрастных мальвин. Искала что-нибудь более строгое. С трудом, но нашла, в четвёртом магазинчике готовой дамской одежды. Размерчик очевидно не мой, но это не проблема. Выгнала помощниц из примерочной, типа стеснительная я. И всё поправила. Заценилась. Грудь почти полностью закрыта, замечательно. Сделала ткань потоньше и мягче. Самую малость изменила оттенок, подумав, сотворила себе простенький кулончик на шею с гербом моего герцогства. Ну и туфельки, для завершения образа. Вышла, походила туда-сюда, обернулась у Лурсу: - Нравится? - Очень – искренне – У тебя замечательный вкус. Хмыкнула. Тоже мне, комплимент. Я и сама ничо, даже без вкуса и без платья. - Куда теперь, господин офицер? - Ко мне, скоро все соберутся, мы с тобой должны их встречать. Справишься? - Конечно – заверила.
На самом деле ничего сложного. Надо скромно улыбаться и быть рядом с виновником семейной встречи, пока все здороваются и приветствуют друг друга. То, что я здесь инкогнито сообщал Лурс, как и мой типа псевдоним. Псевдонимами не представляются, их называют знающие. Поэтому я большей частью молчала, иногда лишь говорила, как мне приятно, если кто-то решал назвать мне своё имя. Таких, к счастью, было немного. Длилось это не очень долго, потом начался приём, и нас позвали в дом. А опоздавшие обойдутся и без приветствий, сами виноваты. В большой зале люди уже кучковались по интересам, в основном женщины с женщинами, мужчины с мужчинами. Но были и исключения. Мы обходили группки, он перекидывался несколькими фразами, принимал пожелания победы и удачи, не посрамить честь семьи, показать почём фунт изюму, и тому подобное. Несколько раз и мне делали комплименты, я благодарила, иногда даже краснела, при пристальных разглядываниях. Но разглядывать на мне особо нечего, платье довольно закрытое. Разве что фигуру. Заскучала бы, наверно, но Лурс обо мне не забывал. Рассказывал о некоторых гостях, называл их имена, даже провёл небольшую экскурсию по дому. Понятно, что это от хорошего воспитания, но всё равно приятно. А он, казалось, наслаждался происходящим. И вроде не играл. Фиг поймёшь этих прирождённых аристократов. Меня официальные приёмы обычно утомляют. Но я и не настоящая аристократка, случайно так вышло. Назначили герцогиней, не подумав, как следует. Потом спохватились, но было уже поздно. По отношению ко мне эмоции у присутствующих были разными. От жгучего интереса до полного равнодушия. Даже уважение встречалось, неожиданно. А вот явно негативных не уловила. Значит, действительно все свои, а не обычный светский раут. Это неплохо, на стороне болтать не будут. Между собой, возможно, и обсудят стати и манеры незнакомки, решившейся погубить свою репутацию. Но на этом всё и завянет, лишние слухи о Гинье Беглой не пойдут. Да даже если и пошли бы, кого это волнует? Не меня.