В самом замке находилось больше трёхсот человек. На удивление много женщин, явно обслуга. Большинство спало, но хватало и бодрствующих. И среди них маги. Подумала, и пожелала там всем крепко уснуть. Капитан сам потом решит, кого стоит оставить в живых. Иногда и божественной силой действовать приходится, если по-другому никак. Вообще, эта операция больше на отвлечение внимания рассчитана, такими малыми силами взять замок просто нереально. Даже если бы удалось взломать ворота, что тоже не факт. Без моей помощи только к утру и добрались бы, как раз к началу наступления. И все бы тут при штурме и полегли. Безвозвратное задание, штабной майор был прав.
Поглядывала за ходом зачистки и, одновременно, за разгорающимся пожаром. Карина как-то обмолвилась, что мученическая смерть может оставить шрамы на душе. Поэтому решила сэкономить солдатам страдания, выпила атлы у всех, находящихся в казарме, около пятидесяти человек. Было грустно. Из плюсов - похоже, погибших у нас не будет. Ну, хоть что-то. Из минусов – опять убийства. А я так и топчусь на месте, ни на шаг не приблизившись к выполнению своей собственной миссии.
Когда рассвело, мы с обзорной площадки замка увидели наступление наших армий. Республиканцы попытались построиться и организовать оборону, но, под магическим обстрелом, лишённые общего командования и почти всех магов, не выдержали и побежали. К нам тоже пытались вломиться. Рано утром случилось нашествие вестовых с повозками, хотели забрать магов в войска. А потом подошёл батальон пехоты. Не знаю, на что рассчитывали эскирцы, устроив штурм такими малыми силами. Наши маги закидали их молниями, устраивая одновременно провалы грунта под ногами, удары ветром и огненные вспышки посреди атакующих. Простенькие фаерболы здесь тоже известны, но только фаронцам. И не всем, среди участвовавших в операции магов их не умел никто. Чтобы не выдать секретные знания, если бы их вдруг в плен взяли. Я в отражение штурма участия не принимала, и без меня справились. Посматривала периодически, а сама занималась узниками подвалов. Там держали пленных фаронских офицеров. Не знаю, с какой целью, может, для обмена. Но все они были в не очень хорошем состоянии, мягко говоря. А целителя с нами не было, были только зелья для ран. Поэтому ходила по камерам и, пока они спали, залечивала внутренние повреждения. Нашла себе отличную от убийств работу, в общем.
Наша смена появилась только на следующий день. Наступление уже укатилось далеко на запад, но подошли резервы и расположились в бывших лагерях эскирцев. А ближе к вечеру прибыла делегация размером с пехотный полк. Капитан обменялся паролями с особистом и приказал открыть ворота. После довольно прохладных обоюдных приветствий наш командир получил в руки пакет, в котором было указание немедленно вернуться к месту постоянной дислокации. Под столицу. Немедленно это на ночь глядя, понятно. А где лошадей брать? В замке их всего три десятка. - Не знаю – искренне ответил особист. Подумав, посоветовал – Конфискуйте у крестьян. У тех, которые остались здесь в округе, не то, что лошадей, и домашней птицы давно нет. Все это понимали, но вслух никто ругаться не стал. Мы быстро собрали свои небогатые пожитки, и вышли пешком в направлении на восток.
Обратно добирались шесть дней. За это время я перезнакомилась со всеми и стала своей в доску. Чуть ли не любимицей отряда, даже немолодые маги улыбались, глядя на меня. Приятно, блин. И не сказать, что дорога утомила. Скорее, случился незапланированный отдых. Мы особо не торопились, ночевали в деревнях на сеновалах, провизию покупали у крестьян, у них же эти героические кобели периодически соблазняли дочерей и жён. Ну а чо, главное, соучастники оставались весьма довольны друг другом. А обманутые мужья и прочие женихи никогда не узнают, почему в тот день у их женщин было такое хорошее настроение.
По прибытии в часть я, плюнув на всю конспирацию, прыгнула в свою комнату в трактире. Жутко хотелось принять ванну. Часа два меня искать не будут, все тоже убежали отмываться, потом ужин, потом давно запланированная пьянка... Успею, решила. Вернулась как раз вовремя, чтобы начать изображать спящую красавицу. Человек десять после долгого стука заглядывали в мою комнату. А на следующий день во время завтрака каждый посчитал необходимым попенять, что я бессовестно проспала пир по поводу удачного окончания подвига. Я просто не рискнула напиваться в компании с сотней мужиков. Понятно, что с их стороны никаких поползновений не было бы, я друг. А вот за себя я уверена не была. Поняла это, сидя в ванной. Если ко всему недотраху ещё и выпью... Ну нафик. Распереживалась за остатки своей нравственности, короче. Кто знает, может, ещё пригодятся. Да и лишних напрягов внутри отряда не хотелось создавать. А ближе к обеду меня вызвали к штабному майору. Явился из столицы.