- Гинья, чем вы хотите заняться после окончания академии? – спросил, когда мы уже подъезжали. - Не знаю – пожала плечами. - Я рекомендую вам магистратуру в зельеварении – серьёзно. - Спасибо, я подумаю. Мне оно нравится. Кроме шуток. Вот эта холодная, напряжённая сосредоточенность, работа на грани, когда каждое движение и жест должны быть выверены и безошибочны, а разум кристально чистым и спокойным... Завораживает. Запросто можно подсесть, как это и произошло с Дестоном. И с его коллегами. - Обязательно подумайте. Я поддержу вашу заявку. - До этого ещё долго, несколько лет – возразила. - Они пролетят так быстро, что вы не успеете оглянуться, поверьте. Охотно верю. Да и сама знаю. Дети растут, и только по ним замечаешь, сколько прошло времени. Уже много. Но, надеюсь, до выпуска торчать здесь мне не придётся. Хотя... Торопиться совсем некуда, и, действительно, хочется забыть. Нет, не так. Забыть по любому не получится. Окончательно смириться, простить себя.
Расстались у трактира. Я поблагодарила его за компанию, он опять извинился за вчерашнее. Немного постояли, разговаривая о разных мелочах, но кучер, как всегда, торопился. Магистр внял его жалобам, попрощался и уехал. По результатам общения реабилитировала его из козлов. Нормальный мужик. С тараканами, но у кого их нет? И у меня хватает, как бы не жирнее.
Вечером решила поискать, нет ли и других высокопоставленных лиц, работающих на нелегальную божественную сущность. Вряд ли первый министр одинок. Судя по всему, бог выдаёт себя за могущественного мага, пытающегося помочь своей стране, оставаясь при этом в тени. Неплохой образ. А дар, в виде небольшого омоложения, помогает убедить сомневающихся и сделать их преданными себе. С министром так и получилось. Лазила в ментале по королевскому дворцу, прочим учреждениям, слушала разговоры сановников. Никого больше не нашла, но, совершенно случайно, наткнулась на зреющий заговор против его величества. Очень интересно. И как мне теперь к этому относиться?
В теории, не моё дело. Там какая-то мутная история с добровольно-принудительным отказом от трона старшего сына предыдущего короля. Как раз, когда военные дела казались почти безнадёжными. А теперь уже старший сын отказника возжелал исправить нанесённую его отцу обиду. Не без подсказки, естественно. Оно всё пока в виде общих разговоров, но я прекрасно знаю, что эти разговоры могут моментально превратиться в реальный заговор, если вдруг возникнут подходящие условия и случится общее недовольство знати. Уже сейчас есть масса обиженных псевдобоевых генералов, которые считают, что при раздаче наград их обошли. Не учли знатность рода и несомненные заслуги по охране столицы и прочих тыловых городов.
Но подходящие условия возникнут только при крупной неудаче на войне и сопутствующей ей смерти монарха. Вот тогда переворот будет иметь все шансы. И это тревожило, величество частенько навещает передовые части с инспекциями, для повышения боевого духа. Кажется, некоторые из недовольных уже почти созрели для предательства, вели между собой разговоры в ключе «что делать, если вдруг». Они могут считать, что предательство будет одноразовым, анонимным, и только во имя торжества справедливости. Но это, конечно, глупость. Не соскочат потом, их шантажом заставят подписать мир на очень невыгодных для Фарона условиях.
Так и не определилась, уснула. И приснились мне товарищи из диверсионного отряда. Они укоризненно смотрели на меня и настойчиво спрашивали, почему я ничего не предприняла. Особенно запомнился лейтенант, у него в спине торчал всаженный по рукоять кинжал. Проснулась в холодном поту. И попыталась успокоиться. Во-первых, это действительно не моё дело. Победить должна была республика. Во-вторых, мне насрать на эксперименты советника. Республика мне не нравится, баста. И, в-третьих, своих камрадов, с которыми сдружилась, я не подставлю. Они, наверняка, выступят на стороне законного наследника.
Два довода против одного, решение принято. Осталось его реализовать. Но с этим проблемы, не заявиться же в спальню к величеству со сказкой на ночь. Именно так оно для него и будет выглядеть. Потом мне останется только бежать из Фарона. Либо организовывать собственный переворот, ха-ха. Всё-таки, монархии нестабильны. Именно по причине важности одной единственной личности, монарха. В республике с этим намного проще, перевороты устраивать не обязательно, почти всегда можно договориться. Потому что принципов у людей там нет. Преувеличиваю, конечно. Есть, но главный из них - деньги.