Можно ли назвать такие мысли травмой свидетеля? То, что ей не следовало винить себя, не помогало этого не чувствовать. А еще это ошибка сопоставления. Ее выживание — не заслуга кулона, а жертва мамы. Помимо страха перед будущим, присущим всем взрослеющим подросткам, Эва считала своей обязанностью стать кем-то значимым. Не хотела ее подвести, чтобы смерть мамы — трагическая случайность в цепочке хаотичных обстоятельств, неподконтрольных никому, — не была напрасной.
Эва подняла лебедя на уровень глаз. Свет от искр камина скользнул по серебру и тут же потух. Теперь ее охранный амулет стал действительно в какой-то мере охранным, по-настоящему магическим. Это тоже случайность или еще один знак, предназначение? Что еще она успеет узнать, прежде чем волшебные существа из теней, с изнанки реального мира, решат расставить все по местам и в лучшем случае — стереть ей память о себе?
— О чем думаешь?
— Завтра на учебу. Не хочется.
— Совсем расслабилась, это жизнь!
Она все еще жива. Ей все еще предстоит столкнуться с последствиями — случайностями из хаотичного водоворота событий, известных только Богу. Интересно, а знает ли Бог про вампиров? Или они стремятся избежать его внимания?
«Богохульство какое-то». Верно.
Эве все равно никто не поверит.
***
— Вижу, вы обе все же нашли общий язык.
Макс сидел на краешке стола, закинув ногу на ногу и сложив руки на колене. Рукава закатаны, будто приготовился делать что-то совершенно неприглядное. Эва не смела поднять голову, но ей вся эта ситуация тоже не нравилась. В зоне ее видимости были только его блестящие ботинки.
Алесса сидела рядом с ней и смотрела вроде бы прямо, а вроде бы и куда-то ещё — из-за очков никогда точно не скажешь.
Кашлянув намеренно громко, чтобы привлечь внимание обеих, он продолжил:
— Лишь одно не даёт мне покоя. Ещё неделю назад мисс Эванс была напугана, ее ужасала сама возможность вызвать ваше недовольство — настолько мисс Рой была сурова. А теперь вы не разлей вода: уходите с занятий едва ли не рука об руку, проводите вместе все свободное время между лекциями и даже совершаете вылазки во внеурочное время.
Что ответить на такое? То, что Алесса стала ее тенью и следовала за Эвой по пятам лишь с небольшой, иногда условной дистанцией, было фактом. Удивительно, но от этого становилось легче — с ней Эва действительно чувствовала себя в безопасности, ведь никто не пытался манипулировать ей или ее воспоминаниями. Даже не отрицая тот факт, что сама Алесса в любой момент могла наброситься на нее — этого не происходило, словно та выжидала появления более интересной ситуации, более привлекательной мишени.
Эва не хотела подставлять Макса под удар. Она не приближала этот момент по своей инициативе — совесть не позволяла ей рвануть и все ему выложить, окончательно потеряв поддержку обеих сторон.
Ситуация превратилась в мертвый штиль. Никаких докладов, никаких сигналов. Макс не делал попыток изолировать Эву, пока Алесса стерегла ее, как доберман. В этом и было основное противоречие — разве она не планировала использовать Эву, как удобную приманку?
Он продолжил, вторя ее мыслям и глядя на Алессу:
— Я что-то упускаю?
Она молчала. Эва тоже. У нее было преимущество в виде сопротивления, о чем ему не следовало знать, если решит обсудить их вампирские дела в ее присутствии. А ещё, несомненно, он понимает, всегда знал, кто Алесса на самом деле, и конечно — о ее покровителях, которые и предоставили ему это удобное место, теперь всеми силами стараясь его подловить.
— Я удивился, что до сих пор не получил даже предупреждение. Ты уверена, что хорошо выполняешь свою работу?