— Почему я здесь?
— Похоже, что ты угодила в ловушку.
— О чем вы?
Темно-алые губы приблизились к ней: из ее рта и с подбородка стекала кровь. Эва отдернула руки и шагнула назад, но незнакомка успела схватить ее за запястья.
— Они используют тебя. Как ты думаешь, для чего?
— Кто вы?! — все тело напряглось, ожидая нападения или удара. Вместо этого пальцы незнакомки провели по ее коже.
— Несчастное дитя, — утешение из окровавленных уст не казалось ласковым, скорее, иронично-насмешливым. — Кто же знал, что мы окажемся настолько похожи?
— Я не убийца, — Эва замотала головой. — Не вампир и не сектант!
— Нет, конечно нет. Ты все ближе, но еще не время. Максимильян все сделал правильно.
— Он мной пользовался!
— Ну разумеется. Так используй его тоже.
— Зачем мне это?!
— Чтобы узнать правду. О себе. О матери, — руки незнакомки оставались на виду, удерживая Эву, но она вдруг отчетливо почувствовала другие. Кто-то еще провел по ее голове, холодными пальцами коснулся щеки. Взвизгнув, Эва замотала головой, смахивая их.
— Не надо! Отпустите!
Незнакомка разжала пальцы.
Попятившись, Эва оступилась — позади не было ни опоры, ни стены, — и с коротким криком упала на стул. Изысканный, антикварный, с гладкими изгибами фигурных подлокотников.
Эвелин оказалась перед ней, как-то миновав ограду клетки. В белом длинном платье и светлой вуали на темных распущенных волосах она казалась ожившим призраком. Лицо за тонкой тканью терялось, размывалось, как на смазанной пленочной фотографии — кроме глаз с янтарными зрачками.
— Раз ты все же пробудилась, тебе придется освоиться. Запомни, — призрак опустился перед Эвой, их лица снова оказались наравне. — Взойдет кровавая луна.
— Это пророчество?
— Это предназначение.
Призрак отвел вуаль. Эва судорожно вдохнула.
— Мне снится. Это сон. Это просто сон, — она попыталась заставить себя проснуться, но не могла отвести взгляд.
— Ты потеряешь еще больше, если не пойдешь навстречу, — белоснежные клыки сверкнули.
— Максу?
Эвелин приблизилась.
— Ко мне.
Часть 6
Как только кофемашина закончила тарахтеть, папа подхватил чашку и окунул усы в свежую пену.
— Такси в пять. Не опаздывай!
— Поняла, — застежка туфли выскальзывала из пальцев. Устав стоять на одной ноге и держать равновесие, Эва сдула локон с лица и опустилась на колено.
— Уже знаешь, что наденешь?
— Да, — она поднялась и снова отразилась в зеркале у выхода. Мама улыбалась ей с фотографии. — Темно-синее, которое длинное.
— Уверена, что в нем будет удобно?
— Конечно, я же не собираюсь там плясать. Так, похожу с тобой рядом, потаскаю закуски.
— Ты принимаешь таблетки?
Вздох.
— Да.
— Никакого алкоголя!
— Пап, я же не пью.
— Вот и правильно. Молодец, — не выпуская газету и чашку, он вышел в коридор, чтобы проводить дочь, и засмотрелся, когда она расчесывала волосы. — Ты так выросла!
— Наверное.
— Уже не та кроха, что пряталась под столами гостей во время речи.
— Папа!!
Он посмеялся, когда она, надув щеки, посмотрела на него из отражения, подошел и чмокнул в лоб.
— В пять будь готова.
— Да, да, договорились. Сам тоже не опаздывай.
— Я встречу тебя на месте. Хорошего дня! Покажи им всем, на что способен настоящий Эванс!
Она поцеловала его в щеку и выскочила из дома, направляясь к привычной остановке. А потом перешла дорогу и села на автобус, идущий в другую сторону.
На что она действительно способна? Молчать было необходимостью, но кто объяснит ей причины? Ни Макс, ни Алесса не пожелают просвещать ее. Эва долго сокрушалась, что не знает больше никого, кто мог бы быть связан с их тайнами. Рекламная рассылка главных событий Нью-Йорка напоминала о грядущем хэллоуине и настоятельно рекомендовала успеть купить билет на Beta Stone — их сингл «Blood Moon Rises» держался в чартах уже несколько недель, а сам концерт пройдет в «Трое».