Ветер скользил и свистел вокруг. Эва вжалась в спину Эдриана, а руки сцепила в замок. Поначалу из-за скорости было страшно смотреть по сторонам, но они значительно сбавляли на поворотах, огибая автомобили на безопасной дистации, а местами пробирались сквозь трафик, как мимо преград в «змейке», не задерживаясь в пробках на светофорах.
Указав на угол смежной улицы, Эва попросила, чтобы он остановился на перекрестке. Не хотелось с ходу выдавать едва знакомому парню, в каком именно доме она живет. Припарковавшись, он помог ей стащить шлем с головы.
— Спасибо. Не знаю, как долго пришлось бы мотаться общественным транспортом. Я в большом долгу.
— Не заморачивайся, — он принялся комично-утрированными движениями натирать шлем. — Все в порядке.
Не слушая, Эва стала копаться в сумке.
— У меня есть деньги, на бензин точно хватит…
— Эй, эй-эй! — Он остановил ее, мягко похлопав по плечу. — Не нужны мне твои деньги, лучше купи на них умные книжки и кушай, чтобы в обморок не грохаться.
— Но мне супер-неловко вот так отнимать у вас полдня!
— Давай «на ты». О, — Эдриан достал из кармана куртки несколько бумажек, перебрал их, расправляя заломы. — Есть ручка?
Пригладив какую-то одну на колене, он написал поверх печатного текста адрес и телефон.
— Вот, держи. Нужно будет что починить — обращайся.
— Спасибо. Правда.
— Да все нормально, — рявкнул мотор. — Ну, удачи там с семьей!
— Легкой дороги!
Эдриан нацепил шлем и, сделав петлю вокруг Эвы, умчался вдаль — раза в три быстрее. Вздохнув, она снова посмотрела на врученную бумажку — старый билет из «Колизея» на тех самых Beta Stone. Да он настоящий фанат! Эва пообещала себе, что обязательно что-нибудь у них послушает. Прошла к дому и, отпирая дверь ключом, замерла, оглянувшись на дорогу.
Может ли она назвать парня, которого только встретила, своим новым другом? Разговор о музыке, немного неловкого флирта, готовность прийти на выручку. Вдруг этот старый билет — ее пропуск в нормальную жизнь?
В коридоре ее встретила фотография мамы у зеркала. Только теперь Эва увидела, как растрепались волосы от шлема, ахнула — у нее был час на сборы — и побежала в ванну. Белье, макияж, локоны, быстро почистила туфли.
Ровно в пять, в длинном вечернем платье и пальто, она села в такси.
Часть 7
Сев на заднее сидение, Эва пристегнулась и схватилась за ремень обеими руками. Радио в машине буднично вещало вечерние новости. Водитель глянул на нее в зеркало заднего вида.
— Вы готовы?
— Да, можем ехать.
Она достала телефон, чтобы написать отцу, когда тот зазвонил в ее ладони. Неизвестный номер. Опасаясь, как бы чего не случилось с папой, Эва нажала «принять» поднесла телефон к уху.
И услышала тихий, пленительный смех.
Нет. Нет, нет, нет.
Она посмотрела на экран, чтобы сбросить, но вместо таймера увидела, что тот даже не разблокирован.
— Простите, — у нее немного дрожали руки. Она надеялась, что из-за накинутого на плечи пальто этого не видно, да и вряд ли водитель будет рассматривать ее в полутьме. — Вы слышали сейчас рингтон «нокии»?
Он стрельнул в нее глазами в зеркало заднего вида.
— Нет. Только радио.
— Значит, показалось, — Эва убрала телефон в сумку. Лучше сейчас ничего не делать, а просто подождать.
— Вам не мешает? Переключить на музыку?
— Если можно.
Он ткнул в панель по одной из избранных радиостанций: заиграл бодрый рок. Закрыв глаза, Эва вслушивалась в слова: «мне говорили, ты пропала безвозвратно, но я отрек их предсказания: я сорву звезды с хребта небес, лишь бы ступить на тот же проклятый путь, что и ты». Звезды с хребта… Можно сказать, что небо и звезды на нем составляют некую структуру, но конкретно эта метафора впечатляла. Тут чувствовалась упрямая настойчивость и серьезные намерения.
«Когда взойдет кровавая луна, ты услышишь мое имя».
Эва улыбнулась. Было приятно осознать, что это та самая песня, которую она пообещала себе разыскать. Общий тон и аранжировка пришлись ей по душе. Такой отчаянный ню-метал — подобное следует слушать в зале с толковой акустикой и вибрирующими басами, или хотя бы в хороших наушниках.