— Командуй.
— После занятий, в оранжерее.
Это точно не по соседству с основными корпусами. Надо будет изучить карту кампуса.
— Договорились.
***
К вечеру становилось промозгло, аккуратные лужайки темнели пожухлой зеленью вдоль насыпных дорог. Весной студенты будут устраивать посиделки на траве, но сейчас хотелось греться близ уютного камина или сидеть в сухом и теплом читальном зале.
Холодный ветер ударил в лицо, зонт-трость висел на локте — Эва присмотрелась к поверхности луж, чтобы понять, понадобится ли он, прежде чем выйти из-под навеса вниз по каменным ступеням. Выдох в шарф, чтобы согреть нос и подбородок. Можно идти.
Выведенную из эксплуатации в конце девяностых, оранжерею даже не добавили в обзорный буклет-путеводитель для новых студентов. Эва нашла устаревшую карту кампуса в рамке на стене в главном зале. Оранжерея затаилась в глубине заросшего сада за библиотекой. Должно быть, ее не демонтировали и не снесли из-за медленной бюрократии — или просто-напросто забыли о ее существовании на отшибе. Сопоставив маршрут с нынешним расположением построек, Эва убедилась, что идет правильно, и не удивилась, когда путь вывел ее к настоящей роще, укрытой густой кроной молодых деревьев — сколько бы она ни смотрела в окна из библиотеки, ей никогда не пришло бы в голову, что за ними не лес и не забор, а еще один полноценный юнит, насыпную дорогу к которому даже не потрудились обновить.
Она остановилась у краешка бордюра. Подошвы ботинок притопили гальку, высвободив чуть больше воды на поверхность. Отсутствие хотя бы утоптанной тропинки в заброшенный сад заставили сомневаться в легальности пробирания туда. С другой стороны, тут не было и забора с колючей проволокой или хотя бы таблички «СТОП» — так что посещение таинственного объекта не предвещало беды. Эва выдохнула паром и шагнула на траву.
При малейшем движении с веток щедро лилась задержавшаяся дождевая вода. Тень от крон сделала из вечера непроглядную ночь: пришлось внимательно смотреть под ноги, защищаясь зонтом и ступая по пятну телефонной подсветки. Когда очередной побег хлестнул ей по лицу, Эва зажмурилась, отвела прут рукой в перчатке и наконец разглядела среди темной листвы блик на мутном стекле — купол длинной овальной оранжереи. Некоторые сегменты на скате разбились, впустив внутрь дикую лозу, которая свисала к полу прямо с потолка. Мало что из наполнения можно было разглядеть снаружи из-за грязного стекла, затемненного разводами. Несколько терракотовых горшков с остатками земли, вложенных друг в друга, стояли на плитке у входа — дождь собрался внутри, сделав из смешанного чернозема подобие цветущей болотной воды. Закрыв зонт, Эва коснулась двери — раздался протяжный скрип — и вошла.
Пол, залитый бетоном, покрыт слякотью — виднелись ошметки земли, занесенной внутрь ветром. Несколько садовых тачек, огромные кашпо с засохшими кустами, крупные лопаты и другие инструменты покоились в куче, как на прерванных однажды раскопках. Осколки черепков то и дело подергивало от капель с крыши.
Не самая романтичная локация для встречи, но самое то для обмена секретами. Эва осмотрелась, глянула на телефон, проверяя, не пришла ли слишком рано.
«Лестница слева,» — сказала Алесса откуда-то снизу. Посветив в темный угол, Эва заметила за грудой вещей откинутый толстенный люк, зависший над полом на сорок пять градусов, а во тьме углубления — перила и серые ступени.
В подвале хранились секаторы, тяпки и более мелкие инструменты, а также контейнеры для рассады — все это было достаточно аккуратно организовано вдоль стен, над верстаком, а также на длинном деревянном стеллаже. Несколько стоек из арматуры, на которые в несколько уровней укладывались ванночки и поддоны с посеянными растениями, вложены друг в друга, как пластиковые стулья для веранды.
Алесса стояла над столом, под яркой лампой верстака, и делала пометки.
— Как здесь тихо, — осматриваясь, Эва вдруг наступила на что-то, издавшее металлический звук — обрешетку широкого стока под краном со шлангом, чтобы было, куда уйти излишкам после мытья и полива. На удивление, несмотря на запах застоялой воды в трубах, здесь было просто сухо и пыльно.
Алесса перешла сразу к делу, указав на записи, напоминающие схему.
— Кристоф Динч проводил эксперименты над Эвелин Мунлайт.