— Не думаю, что я готов.
Как бы ни было тяжело, Майклу пришлось еще тяжелее. Если Эва большую часть жизни прожила без нее, то папа знал Марион и скучал по ней сильнее кого бы то ни было на свете. Ей стало не по себе, что все-таки заставила его думать об этом. Не допуская неловкой тишины, он предложил:
— Позови свою подругу. Если она не против тебя поддержать, это будет хороший компромисс. Сможешь опереться на человека, которому доверяешь, но который сам не будет в аффекте.
Она подумала про Алессу, которая скорее умрет, чем поддастся сентиментальным порывам. И тут же прогнала эту мысль, понимая, что сама не выдержит и точно сдаст под давлением горя, ностальгии, так еще и чувства собственной никчемности. Папа добавил:
— Можете в этот раз остаться с ночевкой у нас. Я вам мешать не буду, вернусь только после выходных.
— Опять командировка?
— Только не говори, что боишься оставаться одна.
— Нет, я справлюсь. Не первый раз же.
Привыкнуть к его периодическому отсутствию было не сложно уже потому, что даже оставаясь дома, он был постоянно занят своими делами — их общие уютные вечера случались, только если у обоих было время и силы побыть рядом в тишине. Такая атмосфера, как неподвижная вода, успокаивала и приводила мысли в порядок. Если она затронет действительно болезненные воспоминания, перебирая мамины вещи, Эва опасалась, что не сможет удержать себя в руках и окажется слишком уязвимой перед атаками собственного сознания.
— Подумаю, к кому могу обратиться.
— Хорошо, милая. Не заставляй себя, если не хочешь. Всему свое время.
Папа был прав, но лишь отчасти. Если Эвелин вытеснит ее из собственной головы, Эву не сможет спасти даже Макс. Как бы ни пугала перспектива потерять над собой контроль, она должна попытаться выяснить все как можно скорее.
Может, если он поймет, какой сильной она способна быть — то наконец увидит в ней нечто большее?
Часть 13
Задача проста: войти, оценить масштаб и понять следующие шаги. Собравшись, Эва открыла дверь, увидев собственную тень на полу в прямоугольнике света. Крошечные пылинки взвились в воздух, заставив чихнуть. Оградив нос ладонью, нагнулась, присматриваясь к стенам слева и справа, чтобы найти выключатель. Подцепила рычажок — ничего не поменялось — и вернула его на место. Вздохнула и пошла за фонариком.
Мамина комната совмещала в себе уютную библиотеку и кабинет. Здесь она работала над переводами, отвечала на письма, писала и ревьюировала манускрипты для коллег и для папы, а также собирала коллекцию «магических» книг. Вряд ли то, что продавалось в магазинах даже десять лет назад, действительно обладало силой воздействовать на ткань мироздания, но являло собой вполне определенное и конкретное историческое и мифологическое наследие всей Азии. Эва заходила сюда малышкой, пока мама сидела за столом. Помнила, как рассматривала цветные иллюстрации древних легенд на глянцевых страницах художественных каталогов, лежа в подушках под громадой книжных полок, уходящих к потолку. Теперь все они были пусты и покрыты толстым слоем пыли, а пространство комнаты наполнено ящиками и коробками еще с тех пор, как Майкл Эванс принимал решение — уехать им с дочерью в другой город или остаться в доме, к которому все трое уже успели привязаться.
Эва переступила ковер, свернутый в длинный рулон и скрепленный скотчем, пытаясь пройти к окну в противоположном конце комнаты. Провела кончиками пальцев по краешку стола, оставив след из пары полосок на поверхности. На нем тоже покоились ящики — с мелочами, канцелярией и хрупкими фигурками жаб, одиноко выглядывающими из-под выгнутой картонки. Подергала задвижку на ставнях, отпирая окно и впуская холодный ночной воздух. Занавеска наполнилась им и поднялась, окутав ее гибким куполом.
Раз переезд так и не состоялся, стоило разобрать, приспособить и распределить все, что может понадобиться или оказаться полезным. Эва решила как минимум прибраться и найти нужные записи. Коробки и ящики, уложенные в колонны выше ее роста, довлели и только намекали на колоссальный масштаб работ.
С чего же начать?
Она направила фонарь на ближайшую стопку, доходящую ей до подбородка, и попыталась обхватить ящик, чтобы переставить его на стол. Тот сдвинулся неохотно. Одной рукой влезла пальцами в щель под ним и приподняла — тяжеленный. Если там не кирпичи, то явно штуки из камня. Мысленно сосчитав до трех, Эва все-таки сдвинула его на себя наполовину, придерживая за нижний край — и затем беспомощно наблюдала, как вся «колонна», разбалансируясь, медленно и неумолимо накренялась.